Наверное, у него тоже болела голова.
– Мы – военные астронавты, – сказал он, медленно поднимая взгляд к камере. – Мы должны быть готовы ко всему. В частности, мы обязаны согласно данной нами присяге оборонять Солнечную от вероятной агрессии извне. Я знаю, что в последние сутки на кораблях группы шли бурные дискуссии о том, кто мы теперь и что нам делать. Сейчас этот вопрос снят. Не уверен, что появление внешнего противника – это удачный выход. Вероятная атака чужих может обернуться трагедией для всего человечества. Но в любом случае на пути этой агрессии встанет Attack Force. А значит – мы остались тем, кто мы есть. Двух мнений здесь быть не может. Мы находимся на судах усиленной бригады военного космического флота земного подчинения. Мы защищаем свой дом. Поэтому, господа, все остается по-прежнему. Командование группы ждет от каждого четкой работы согласно должностным обязанностям. В свою очередь, командование гарантирует вам, что в ближайшее время официальный статус группы F будет подтвержден Советом Директоров и, если потребуется, специальным решением Собрания Акционеров.
Рашен чуть склонил голову набок и мягко улыбнулся.
– Вот, собственно, и все, – сказал он. – Мы снова в деле, дамы и господа. Мы работаем. В ближайшие часы придется активно маневрировать… Впрочем, детали будут до вас доведены обычным порядком в части, вас касающейся. Соответствующие приказы по группе уже мной отданы. На прощание хочу поблагодарить всех, кто в трудную минуту не потерял веры в группу F и ее счастливую звезду. Спасибо вам. И до свидания.
На мониторе появилась текущая информация. Эндрю с трудом оторвал руку от поручня и поднес ее к лицу. По щекам что-то текло. Это оказались слезы.
* * *Эндрю выбрался в рабочую зону на грузовой палубе, неподалеку от главного шлюза. Люк из центрального ствола открывался у самого пола, и первое, что Эндрю увидел, были чьи-то спешащие по коридору ноги. К шлюзу почти бегом двигались старпом Боровский и навигатор Кристоф Бульон. У обоих из-под мышек торчали пятилитровые кислородные баллоны.
Боровский услышал, как чавкнула, распахиваясь, крышка люка, и резко обернулся, словно застигнутый на месте преступления.
– А-а, это ты, – произнес он с облегчением. – Здорово. Ну что, видел гадов? Интересно, что у них за тяга, а?
– Антиграв какой-нибудь, – сказал Эндрю, выкарабкиваясь из узкой круглой дыры. – Ох и дадут они нам жару…
– Вот именно, – кивнул Боровский. – А нашим хоть бы хны. Все так обрадовались, что не надо с Землей воевать… Как будто чужие лучше. Слушай, ты мне вот что скажи. Какой силовой кабель дольше служит, «восемнадцать би два», или «восемнадцать си восемь»?"
"– «Си восемь» лучше держит максимальную нагрузку, – объяснил Эндрю, вставая на корточки, чтобы закрыть люк.