Автор
В мире, где язык "Экипажа" олицетворяет разнобой между старым и новым, французскими элегантностями и вольным английским — эта книга открывает новый мир. Учитывая, как люди переходят на французский для увековечения "ты", в тексте переплетаются языки, создавая неожиданные тонкие ассоциации. А сюжет заставляет исследовать глубины человеческой души и границы возможностей взаимоотношений через это чрезвычайно разнообразное общение....
– Ничего ты не выяснишь, – помотал головой Рашен. – Нас точно продали. Но кто, за сколько и кому… Готов поспорить, этого не знает даже Кёниг.
– И что же нам теперь делать? – осторожно спросил Эссекс, втайне надеясь, что у командира есть идеи.
– Выполнять приказ, – вздохнул Рашен.
Налетевшим порывом ветра с головы Эссекса сбило фуражку и покатило через плац. Изя Мейер бросился за головным убором вдогонку.
– Еще одна дурная примета, – только и сказал Эссекс, глядя, как Изя бегает за скачущей по бетону фуражкой, а та от него уворачивается, будто живая.
– Даже если мы упремся, а нас за это разжалуют и посадят, – неожиданно заявил Рашен, – группа все равно уйдет к Марсу. Только мы с тобой утратим за ней контроль. Вот и вся разница.
– Что за пораженческие настроения, Алекс! – искренне возмутился начштаба. – Нам группу бросать нельзя. С тех пор, как сократили заместителей…
– И это тоже было сделано нарочно! – выпалил Рашен.
Эссекс принял у запыхавшегося Мейера свою фуражку, критически ее оглядел и решил на голову не надевать.
– Изя, – сказал он. – Дуй за водкой. И возьми-ка ты не ящик, а два. Кто его знает…
– Шеф, а нам? – спросил Рашена Мозер.
– Не хочу, – отрезал тот. – Надоело.
– Пожалеете еще, – упрекнул его адъютант.
Рашен одарил Мозера свирепым взглядом через плечо, тяжело вздохнул и полез в карман за бумажником.
* * *В тесную библиотеку «Тушканчика» помимо двух соревнующихся вахт набилось еще человек сорок. Люди сидели на столах и в проходах, многие стояли. Фокс, важно разгуливая за спинами навигаторов и оттирая животом болельщиков, принимал ставки.
– Почему так мало? – удивилась она. – Чтобы за моих – и всего один к двум?!
– Да, – согласился Фокс. – Ставят помногу, но коэффициент неважный. Это, наверное, из-за того, что у тебя Кристоф поведет. Молодой он еще. А если все-таки Марго явится, коэффициент опять изменится. Уж она-то против тебя годовой заработок ухнет, не пожалеет.
– Почему так мало за вахту Кендалл, сволочи?! – крикнула Ива, оборачиваясь к болельщикам.
– Ты не дави на общество, капитан, – посоветовала из толпы Линда. – А дави на кнопку и береги попку. Сейчас люфтваффе покажет твоему французику, как водят корабли.
– От винта! Асы в воздухе! – заорали вразнобой молодые голоса из задних рядов. – Дойч-ланд, Дойч-ланд!
– Вот ща как дам по толстой фашистской заднице! – пробасил кто-то, и голоса тут же стихли.
