Ка Brioni окрашивалась в красное, придавая мужчине вид воина. Однако его насмешливые брови и игривое выражение лица говорили о том, что ситуация вызывает лишь легкую усмешку. Я ненароком опустила боевое копье рядом с ногами из страха за то, как он воспользуется этим.
Сарафан съехал, обнажая грудь, к которой Лука точно был не равнодушен, потому что его грудь тут же завибрировала.
— Правило моногамии распространяется на нас обоих? — я сама еле слышала свой голос, так тих он был. Дьявол поглаживал мой ореол соска при этом глядя в глаза.
— На обоих. — ответил он с ехидной улыбкой. И я уткнулась лбом в его грудь, тяжело выдыхая, чувствуя облегчение. Лука положил ладонь мне на затылок, прижимая к себе.
— Ты можешь иногда быть мягче? — я погладила его татуированную руку. — Или не обращаться со мной, как со своими охранником?
Дьявол прищурился, раздумывая над моими словами, опуская руки к моей попе и сажая меня на себя, сжимая ягодицы.
"— Мониша, я, итак, с тобой мягок, как не с кем в своей жизни. — это прозвучало почти как признание в любви. Слезы снова потекли по щекам, но уже от разрастающегося чувства тепла внутри меня. — А теперь иди спать, у тебя глаза, как у наркомана.
— Только с тобой. — я поцеловала его в целый глаз, не смея перечить. Он заурчал, как тигр.
Ничего не может быть слаще, чем вытащить двух полуголых нимф из бассейна и выставить в таком виде на улицу. Лица у них были потерянные, такое с ними было точно впервые. А внутри меня все ликовало, словно я стала сильнее. Лука налил себе виски и наблюдал за моими действиями со скрытой улыбкой. Готова поспорить на что угодно, что ему доставляла удовольствие моя ревность.
Дом у океана был прекрасен. Огромная вилла с потрясающим видом, огороженная от посторонних глаз. На ее территории было множество ухоженных цветов и высоких пальм. Я рассматривала ее с восхищением, попадая в сказку. Никогда не могла и мечтать, что буду жить в таком доме на берегу теплого океана, где все было только для меня. Никаких чужих глаз.
Илух тоже ходила довольная рядом, любуясь территорией.
Луке позвонили, поэтому он переходя на арабски удалился вглубь.
— Дом убьрали, пладукты пливезли и одезу тозе. Хотите сегонибудь?
Казалось, что даже в гостиной, я слышу волшебный шум океана. Я вышла из дома, разглядывая пенящиеся волны вдалеке.
