О чём книга «Лука Витиелло»
Я был ребенком-хладнок有机头,十岁那年亲手终结了第一个男儿的生命。后来在十七岁的年纪,我又将弟弟推入深渊,扼杀了最后一点人性的微光。我享受着血腥与恐惧带来的快感,如同演奏着一曲冷酷的交响乐。我并非天生的恶人,而是从一开始就注定了不平凡的命运。

Автор
Я был ребенком-хладнок有机头,十岁那年亲手终结了第一个男儿的生命。后来在十七岁的年纪,我又将弟弟推入深渊,扼杀了最后一点人性的微光。我享受着血腥与恐惧带来的快感,如同演奏着一曲冷酷的交响乐。我并非天生的恶人,而是从一开始就注定了不平凡的命运。
Нет ничего лучше, чем ступать по свежему снегу, оставляя первые следы. — он подмигнул мне, затем Арии, прежде чем повернуться к толпе. — Я уверен, что все согласятся! На неизведанные земли!
Мужчины засмеялись и ответили тем же, подняв бокалы в мою сторону.
Я с улыбкой покачал головой. Маттео был чертовски неприятен. Моя улыбка погасла, когда я увидел Арию. Она показала свое храброе лицо, но ее кожа была ярко-красной от смущения, а в глазах отражалась тревога.
Джианна сжимала одну руку, но другая была сжата в кулак лежавшая на ее чисто белом платье.
Я был рад, когда мой отец и Скудери закончили произносить тосты и еда была наконец подана. Я не только умирал с голоду, но и устал от их дурацких разговоров.
Официанты начали заваливать столы антипасто[1].
— Я бы хотела произнести тост в качестве подружки невесты, но отец запретил.
Я посмотрел в ее сторону, закатив глаза наполнил тарелку закусками. Ария сделала большой глоток вина и подняла ещё бокал за другим. Я остановил ее, положив свою руку на ее.
— Ты должна поесть. — ее тарелка была пуста, и она не притронулась ни к одной закуске во время питья шампанского.
Ее губы сжались в тонкую линию, но она взяла кусочек хлеба и откусила, прежде чем бросить его на тарелку.
Когда пришло время нашего танца, я встал и протянул руку. Конечно, толпа попросила еще один поцелуй, когда Ария встала рядом со мной.
Я притянул ее к себе, крепче сжимая, когда она покачнулась.
Мне пришлось крепко прижать ее, чтобы она не упала и не споткнулась, все время борясь со своим гневом.
Я был рад, когда танец наконец закончился, но прежде чем я повел Арию обратно к столу, я прошептал ей на ухо."
"— Как только мы вернемся за стол, ты будешь есть. Я не хочу, чтобы ты упала в обморок во время нашего праздника и, тем более, в нашу брачную ночь.