Героиню похитили и заточили в золотую клетку. Её тюремщик – сын последнего императора, жестокий и опасный. Между ними вспыхивает страстная борьба: она клянётся ненавидеть его, но с каждым днём чувства становятся всё сильнее. Любовь к врагу может стать спасением или гибелью.
И непременно иметь пять-шесть альтернатив, чтобы он знал, что у меня есть запасные пути, но верил, что он пока единственный.
Какая-то печальная перспектива вырисовывается…
– Сурья, – позвала я, тихонько выглядывая в щель. – Привет.
– Ваше высочество! – энергично всплеснула руками служанка и, отложив в сторону книгу, поднялась. – Что это вы встали, а? А как опять в обморок упадете?
– Какое такое высочество? – Я опешила. – Никакое я не высочество! Набери мне ванну и расскажи сплетни, а то я так соскучилась, – подластилась я. – И кушать очень хочется.
– Заморил ребенка, ирод эльфячий! – громким шепотом возмутилась Сурья и покосилась на дверь, ведущую в коридор. – Еще и стражу длинноухую приставил, так и зыркают глазищами из-под тряпок.
– Каких тряпок?
Я ничего не понимала.
– Зеленых, что морды ихнее замотаны! – припечатала Сурья. – Даже мужа вашего не пущают. Уж тьер ар Арден так ругался, так ругался, а не смог пройти.
Сурья набрала мне ванну, налила в нее пены и, пока я блаженно отмокала в горячей воде, поведала последние сплетни. Жрецы разругались между собой, а его мудрый величество оба храма лишил своей милости, теперь никаких им денег из казны, и велено сидеть служителям Луны на своих территориях и на глаза его величеству не показываться. Все невесты нашли свое счастье, все вышли замуж главными женами, ни одна не осталась без мужа. Что же, счастья девчонкам. Мой выбор вызвал множество пересудов, и по углам серьезно шептались, что мужа у меня теперь три. А кто из них главный, а кто на выходные – неизвестно. Это меня очень повеселило и натолкнуло на кое-какие идеи.
– Велено накормить вас и до утра никуда не пущать, – наматывая мне на голову чалму из полотенца, сообщила служанка.
– А уже вечер? – зевнула я.
– Ночь на дворе, ваше высочество. – Сурья накинула мне на плечи тяжелый халат. – Присаживайтесь за стол, я прикажу подавать.
– Не называй меня высочеством, пожалуйста, – скривилась я. Звучало это для меня дико. – Просто тьера Адель, как и раньше.
Служанка довольно кивнула.
– Мария приходила с малышкой. Очень она за вас переживала, как вы пропали, говорила, что тьера Эрина сильно плакала первый день, а потом успокоилась и даже улыбалась, когда ваше имя слышала.
Я тоже скучала по маленькому эльфику, и мне было ее жалко, особенно теперь, когда я узнала, кто ее мать.
