В темноте полыхает вспышки молний, ослепительные блики которых отражаются на черной поверхности холста. Вместе с мужчном рисунком в рамке проникает атмосфера природы — гул ветра, стук дождя по листьям и тихий шорох одежды колдуньи. Мужчина смотрит на свои работы без единого вздоха, а его глаза сверкают от глубокой радости....
– Пушистик! – Я подхватила платье, точно такое, как то, что порвал Арден, и быстро натянула на влажное тело, а затем рванула на голос фамильяра. – Ты где?
– Мур-р.
Два торопливых шага, и туман начал рассеиваться, я очутилась в небольшой пустой комнате. Посреди нее стояла тренога с огромной чашей, полной черного огня. Фамильяр Ардена купался в этом пламени, при этом тело его постоянно меняло очертания, превращаясь то в паука, то в кота, то в нечто бесформенное и странное с зелеными глазами и множеством конечностей.
– Опусти руку, – пророкотало в голове.
– Это не опасно?
Черное пламя манило до дрожи, до зуда в кончиках пальцев. Мне казалось, что мир рухнет, если я не дотронусь до него. Вся моя жизнь сосредоточилась на языках волшебного огня.
– Опасно, – прошептал голос в голове. – Магия – очень опасная штука, Адель. Но частичка этого пламени защитит тебя. Возьми. Ты имеешь на это право.
– Может, позвать леди Э? – Я нерешительно протянула руку к огню, но не стала дотрагиваться до неровных языков.
– Они не позволят, побоятся за тебя, – нашептывал голос. – Они не знают твоей силы, девушка, пришедшая извне.
– А ты знаешь? – Я была уверена, что черное пламя меня не обидит, просто знала – и все. А еще я верила Пушистику.
– Вижу… возьми для себя и немножко для Эрины. Быстрее! Сюда идут!"
"И я зачерпнула в горсть тьму, превратившуюся в пламя. Она стекла в ладони и впиталась под кожу, на мгновение окрасив руки в черный цвет.
– И для маленькой эльфы, – поторопил меня голос Мудофеля перед тем, как раствориться в воздухе.
– Адель! Что ты здесь делаешь? – удивленно спросила леди Э. Я едва успела отскочить от треноги. – Как ты сюда попала? Это место силы нашего рода, и оно не открывается тем, в ком нет крови демона.
Похоже, Мудофель нашел универсальную отмычку. Я сделала невинное лицо и пожала плечами.
– Не знаю, после ванны мне открылся проход сюда.
– Наверное, потому что ты теперь член семьи, – улыбнулась леди Э.
– Ты же купала меня в пламени в младенчестве! – возмутился муж. – К чему мне травиться сейчас?
– Травиться? – испуганно переспросила я.
– Эта субстанция очень ядовита, – пояснил Арден, внимательно меня осматривая. – Никогда не касайся этого обманчиво мирного пламени. Оно может убить на месте.
– Всех?
– Кроме демонов. Когда мать искупала меня в нем впервые, я обзавелся фамильяром.
