В темноте полыхает вспышки молний, ослепительные блики которых отражаются на черной поверхности холста. Вместе с мужчном рисунком в рамке проникает атмосфера природы — гул ветра, стук дождя по листьям и тихий шорох одежды колдуньи. Мужчина смотрит на свои работы без единого вздоха, а его глаза сверкают от глубокой радости....
– Он медленно прошел вдоль тумана, прислушиваясь к тишине и хмуря безукоризненный лоб. – Мне бы очень не хотелось выбирать между тобой и остальным миром, но если придется, я знаю, что выберу.
– Но при чем здесь я?! – Я все-таки не выдержала и заорала. – Я всего лишь ведьма-недоучка, которая ничего не умеет и никому не желает зла!
– Уверен, ты ключ ко всему. И я очень прошу, береги себя, и если заметишь хоть что-то подозрительное – не молчи. Адель, только не молчи, даже если тебе покажется это мелочью, не стоящей внимания.
– Так не доверять или просить о помощи? – горько поинтересовалась я.
– Не дай нам повода встать против тебя.
– Ты знаешь, что происходит?
– Догадываюсь, но пока не уверен.
– Мне не расскажешь?
Август промолчал. Вот и поговорили. Я отвернулась и прикусила губу, чтобы не наговорить наставнику глупостей, о которых потом пожалею. Он политик, древнее существо, сильный маг, эльф, в конце концов, а я просто девятнадцатилетняя девчонка, умеющая только попадать в неприятности.
– Расскажу, как только сам разберусь.
Август вздохнул и обнял меня, прижимая к себе.
– Ты или погибель, или наше избавление.
– Вот уж точно не хочу быть ни тем, ни тем, – буркнула я, обнимая его в ответ.
– Не мы выбираем судьбу."
"Раздалось злобное шипение, и из тумана выпрыгнул распушившийся кот, глаза его горели пламенем, шерсть стояла дыбом, а огромные когти угрожающе мелькнули рядом с ногами Августа.
– Понял, понял.
– Все потому, что мой сын не захотел подчинить эту низшую тварь полностью.
– Мне было три года, а обряд требовал убить и воскресить подаренного родовым пламенем защитника! – с возмущением парировал появившийся из тумана супруг. – Мне нужен был друг, а не раб.
– Человеческая кровь сделала тебя слабым.
– Мама, не начинай, – закатил глаза к невидимому потолку Арден и подмигнул мне.
Пушистик плавно и незаметно для глаз перетек в паучью форму и забрался к ведьмаку на плечо, где и расположился, как лохматый красноглазый воротник, глядя на Августа злыми глазками. Прелесть, а не демон!
– Когда-нибудь он сыграет против тебя, – недовольно прищурилась леди Э.
– Тогда я его убью. – Арден погладил паука по спине. – Август, еще раз обнимешь мою жену, и я вырву тебе руки.
Ой-ой-ой, какие мы ревнивые.
