В темноте полыхает вспышки молний, ослепительные блики которых отражаются на черной поверхности холста. Вместе с мужчном рисунком в рамке проникает атмосфера природы — гул ветра, стук дождя по листьям и тихий шорох одежды колдуньи. Мужчина смотрит на свои работы без единого вздоха, а его глаза сверкают от глубокой радости....
Знала бы, впрок бы наелась! Стало так себя жалко, что я бы разрыдалась, если бы была одна. Но перед Софи рыдать я точно не стану, не доставлю ей этого удовольствия.
Я думала, что от пережитого не засну, буду искать выход, думать и вертеться, но сон пришел, стоило мне коснуться головой подушки. А может, Софи меня усыпила?"
"Утром я проснулась поздно. Солнце светило в лицо, и очень хотелось в «кустики», думаю, это меня и разбудило. Моя тюремщица все так же сидела на стуле и смотрела на меня пустым взглядом. Она молчала, и я не стала с ней здороваться, просто натянула мятое платье и пошла в ванну умываться.
– Я хочу видеть графа Лероя, – встала я напротив компаньонки.
– Его светлость тьер Лерой с отрядом ловцов убыл сопровождать его высочество на охоту.
Эта фраза прозвучала с затаенной завистью. Эй, моя компаньонка страдает, что ее не взяли на охоту?
– Вы бы тоже хотели? – попробовала я разговорить эту странную женщину.
– Вас это не касается, льера.
Нет так нет, но я хотя бы попробовала. Все, что я поняла, – графа во дворце нет. И ведьмака нет тоже. Первое огорчало, второе радовало.
– Тогда позови главного жреца.
– Льера, – презрительно процедила Софи.
– И чем мне заниматься? – хмуро спросила я.
– Лежать, как велел целитель, – последовал ответ.
А через час в дверь постучали, и Софи принесла огромную толстую книгу.
– Его жречество велели передать, – она положила книгу на кровать и вернулась на свое место.
Следующие два дня я худела, много спала, изучала историю и законы этого мира и строила коварные планы.
