В темноте полыхает вспышки молний, ослепительные блики которых отражаются на черной поверхности холста. Вместе с мужчном рисунком в рамке проникает атмосфера природы — гул ветра, стук дождя по листьям и тихий шорох одежды колдуньи. Мужчина смотрит на свои работы без единого вздоха, а его глаза сверкают от глубокой радости....
Ее звонкий смех сорвал с души всю грязь последних недель: перемещение, интриги за спиной, ложь и неприятное чувство, что меня используют в игре, которую я не понимаю. Я протянула руку и коснулась кончиком указательного пальца лба ребенка, при этом изо всех сил посылая ей нежность и любовь. Черное облачко окутало мою руку и впиталось в чистый лобик, девочка сморщила носик и чихнула, потом на мгновение притихла и довольно улыбнулась.
– Все хорошо? – шепотом спросила я, потому что мне все же было страшновато, вдруг это навредит.
Эрина прислушалась, пожевала губами и сыто икнула, а потом, улыбаясь, потянула меня за волосы. Все-таки все дети одинаковые – волшебные они или нет!
– Тьера Адель, – словно только увидела меня льера Мария. – Как вы считаете, если мы наденем на ритуал Имянаречения вот это платье?
Она расправила нечто голубое, нежное и невесомое, с длинным шлейфом и пышными рукавами.
– Имянаречение? – переспросила я, поворачиваясь к служанкам.
– В храме Луны ребенку дается имя и выбирается покровитель. Очень красивый и торжественный праздник, – пояснила льера Мария. – В храме собираются нарядные гости, играет орган, поют служки, жрецы в праздничных одеждах подносят ребенка к лику девы Луны. Очень древний и очень важный обряд. А потом ребенку преподносят дары, в основном, магические.
Что-то, похожее на наше крещение?
– А у нас в деревне, – мечтательно закатив глаза, вспомнила Сурья, – раздают сладости, а взрослых щедро угощают и наливают им за здоровье ребенка.
– И что в этом красивого? – фыркнула Мария и приложила к Эрине платье. – Идеально под глаза, – с умилением заключила она. – Сначала наливка, потом на сеновал, а потом дети рождаются незапланированные! Вот в городе настоящий праздник! Все чинно, степенно, благочестиво!
– Скучно, нудно и тоскливо, – закончила Сурья и подмигнула мне. – Матушка Эмили лично приедет обсудить с вами завтрашнее таинство.
У меня кольнуло в сердце, потому что я вспомнила слова Августа.
– Тогда я пойду, распоряжусь насчет обеда."
"Я отдала Эрину няне и вышла из комнаты, рассуждая о том, как мне себя вести с матушкой Эмили.
Хорошая мысль пришла, как всегда, неожиданно, и я едва на бег не сорвалась, так спешила в свои старые покои.
– Книга! Мне нужна книга Феликса, – бормотала я себе под нос, вбегая в спальню.
