В темноте полыхает вспышки молний, ослепительные блики которых отражаются на черной поверхности холста. Вместе с мужчном рисунком в рамке проникает атмосфера природы — гул ветра, стук дождя по листьям и тихий шорох одежды колдуньи. Мужчина смотрит на свои работы без единого вздоха, а его глаза сверкают от глубокой радости....
Как же быстро разлетаются сплетни, теперь все в замке уверены, что он чуть не заморил голодом ребенка. Следует признать, в этой партии девушка его обыграла. Но ничего, завтра он подарит ей какую-нибудь безделушку, и она перестанет дуться. Судя по дешевым бусам, драгоценностей у нее немного, а скорее всего, нет вообще, но ведь она женщина, а все женщины любят украшения.
– А еще она гуляла с мэтром Файлоном, а когда вернулась, у нее была книга.
– Какая? – насторожился Арден.
– Свод правил для юной льеры.
Интересно, зачем это ей? Эту ерунду только в пансионатах монашки изучают, но уж точно не колдуньи, пришедшие из другого мира.
С тихим хлопком в комнате появился большой кот, отряхнулся и уже шестиглазым пауком подбежал к хозяину.
– Рассказывай, – Арден сделал первый стежок и улыбнулся.
Вышивка успокаивала, привносила умиротворение в пылающую огнем душу.
«Гордая, решительная, одинокая, – раздалось у него в голове.
– Это мы еще посмотрим.
«Король приходил смотреть на эльфика».
– Вот как?
Арден вспомнил разговор с отцом. Они наговорили друг другу много несправедливых и злых слов, и в сердцах Арден бросил, что он принес свежую кровь во дворец, а значит, свой долг перед троном исполнил. Тогда король и узнал о бастарде эльфийской крови. И на удивление благосклонно принял это известие.
«Сказал наречь ее Эриной и вписать в список наследников после графа Лео Лероя».
Ведьмак уколол палец и громко выругался, капля крови попала на вышивку, и он в сердцах швырнул ее в горящий камин.
«Зачем жечь?»
– Там моя кровь, – мужчина отвернулся к окну. – Тебе не кажется, что мы свернули не на той развилке?
Паук не ответил, а лишь тихо и шипяще рассмеялся.
Глава 8
Мэтр Файлон оказался брюзгливым, но ужасно милым старичком, хотя вру, назвать его дедушкой у меня язык не поворачивался, настолько прямо он держал спину, живо всем интересовался и очень галантно ухаживал.
