Ночью в Лопухах таинственное явление: сияние вдалеке, шепот под старыми дубами. Юлия убеждена, что это знак свыше. Но дядька осторожно предостерегает: приключения — идиотизм, а в глухоманишках слухи разнесутся как по носу. Там-то она найдет то, чего искала всю жизнь, или станет частью таинственной саги…...
— Как скажешь, — согласился Ерошка, подсовывая Монаху под спину непонятно откуда взявшуюся подушечку-думку.
Монах хотел кивком поблагодарить кота, но смог только опустить веки.
— Вот и справилися, — Незабудка принялась отряхивать с волос паутину. — Здеся ему хорошо будеть. Спокойно.
— И долго ему здеся толочься? — чуть громче обычного поинтересовался Ерошка.
— Это как Иринка решить. Сперва дело сделаем, а после уж спразднуем, угостимся.
— К ключнику собралися? С этой пернатихой?
— С двудушицей. — подтвердила Незабудка.
— Что вы всё возитеся? — красные глаза-прожектора свесившейся вниз Палны присветили темноту. — А ну, вылазьте. У нас ещё план не намечен.
— Идём мы, идём, — Незабудка огляделась и погрозила пальцем дальнему углу. — А ты готовься! С планом столкуемся — за тобой спущуся. И чтобы без выкрутасов мне! Поняла?
— Поняла, — шепнула темнота, и Монах сообразил, что это была Марфа!
Когда крышка подпола захлопнулась, он долго привыкал к мраку, не спешил первым заговорить с девчонкой.
В темноте кто-то ползал, попискивал, касался кожи чем-то мокрым и липким.
Возле уха негромко прищёлкнуло, ковырнуло щёку чем-то твёрдым и тупым.
— Пошёл! — Монах попытался сдуть невидимку, но тот лишь сильнее вцепился коготками в лицо.
— А ну, брысь! — подползшая из темноты Марфа прихватила существо рукой и, вскрикнув, отшвырнула от себя.
— Кто это был? — прошептал Монах.
— Не знаю. Оно невидимое!
— Если опять притащится — дави ногой.
От подушечки-думки, что подложил кот, медленно распространялось тепло.
— Чувствую себя мешком дерьма! — прохрипел он с усмешкой, пытаясь поменять позу.
— И пахнешь так же. — порадовала его Марфа, ничуть не смущаясь такой откровенности.
— Ну, спасибо! Не знал!
— В экстренных ситуациях человек всегда сильно потеет. Но от тебя другим разит, каким-то вонючим растением, что ли. — проинформировала Марфа. — Переиграли тебя бабульки. А я думала — ты крутой.
— Был когда-то, — сплюнул Монах. — А теперь вот сдулся.
— Пить надо меньше!
— Как не выпить, когда угощают. Бабульки-то щедрые попались, влили мне особой настоечки! Ею весь и провонял.
— Это баба Яга! — Марфа удивила его в очередной раз. — Ирина Санна. Она — баба Яга! Прикинь?
— Как догадалась?
— Видела её ногу! — Марфа сморщилась и тихо всхлипнула. — Она нас сожрёт, да? В сказках Яга ест человечину.
— Возможно и ест, — Монах принялся растирать себе поясницу.
