Продышать. Обняться с близкими, — я погладила ее по руке, — и отвлечься. И время излечит. Научишься смотреть на него, как на статую — прекрасную, но недоступную, холодную, чужую, которую нельзя трогать руками, с которой нельзя представить себя вместе. Просто невозможно быть невестой или женой статуи. Просто принц, чужой муж, заслуживающий уважения полководец. И все. А у тебя будет твой любимый: жених, муж, близкий человек, которого можно будет обнять, который будет тебя любить, оберегать — теплый и настоящий. А не статуя в музее.
— И герцог Викторф для тебя тоже статуя? — спросила Флоренс проницательно.
— Да, — сказала я, и голос мой дрогнул, потому что я знала, что вру.
Потому что он сделал шаг вперед, сделал мне предложение, но я его отвергла, хотя люблю. Значит это мне жариться на медленном огне, а его чувства вскоре остынут.
Глава 117
Матильда
Бал завершился в целом успешно, хотя оба принца после вручения подарков лорду и леди карнавала куда-то пропали, да и Грегори тоже. Девочки привлекли внимание и много танцевали, даже Кристофер проникся наконец-то мыслью, что нельзя зацикливаться на одной девице, и нашел кого пригласить. Когда они с Зоуи сталкивались подле меня между танцами, то одаривали друг друга полными ярости и недовольства взглядами в комплекте с ядовитыми улыбками, но публичных споров больше старались не устраивать.
Я с тоской думала о том, как мы поедем домой в одной карете, которая по дороге от споров и драк определенно превратится в тыкву. Юным дебютанткам считалось приличным оставаться на балах только до полуночи-часу ночи, а после следовало удалиться, хотя леди и лорды постарше могли остаться и до утра, но мы не собирались лишний раз дергать тигра за усы. Перед полуночью ко мне подошел слуга дворца и передал записку от Грегори: «Ваше сиятельство! Приношу свои извинения, но долг перед короной заставил меня отлучиться по делам. Пожалуйста, в качестве извинения воспользуйтесь моей каретой на обратном пути. Если вы откажете, я буду знать, что не смог загладить своей вины пред вами.»
Прочитав, почувствовала себя еще более виноватой, но отказываться не стала, не так было это предложение сформулировано, чтобы можно было отказаться, сказав, что «мне неудобно пользоваться вашим благородством». Так что домой мы доехали с комфортом и имея в голове очень много новых тем для размышлений. Я велела встречающим нас служанкам подать всем успокаивающий отвар, но разговоров заводить не стала — у самой сил не было, в этот раз без совсем страшных скандалов обошлось, и хорошо. А, если посмотреть объективно, то и вовсе мы в выигрыше: Флоренс получила в подарок диадему, Патрисия привлекла всеобщее внимание, а Зоуи сияла, будто милое теплое солнышко.