Автор
Злобная мачеха Золушки выдаёт тебя в гости к драконицам на другой планете. Ты не знаешь, что ждёт тебя за следующим поворотом – лишь то, что ты попадёшь в мир, где ты будешь самой сильной женщиной, даже если весь твой род исчезнут от рук драконов.
Ты ведь не говорил им, что именно будет происходить в саду?
Грегори застыл шокированно, а потом с явным трудом произнес:
— Сказал только, что нужно охранять сегодня дом скрытно, что территорию охранять не нужно, только дом и его обитателей. Думал, явная охрана может спугнуть человека герцогини Римфос.
— И когда в саду зашумели мои люди, часть охранников отвлеклась на них. А предатель, ожидавший этого, провел Макнафера в дом. Тот ему сказал, что пойдет на свидание к любимой девушке. Предателя поймали при попытке сбежать — он начал вести себя подозрительно, когда услышал, что в доме потребовался лекарь.
— Боги, я сам привел шпиона в дом Матильды, — Грегори закрыл лицо свободной рукой.
Я обняла его:
— Ты ни в чем не виноват. Это могло случиться с любым."
"— Но это я, я втравил твою семью в неприятности! — Он зарылся носом в мои волосы.
— Ты пытался нас защитить.
Я задумалась, а потом медленно произнесла:
— Но... я не понимаю.
— Что?
Я обернулась к Джозефу:
— Зоуи сказала, что сумела соблазнить Макнафера документом, который все ищут. То есть он был в курсе аферы, и даже был знаком с покойным маркизом. Но, если он заодно с герцогиней Римфос, то он должен был ожидать, что Зоуи сама выйдет в сад. Тогда пролезать в комнату не было бы нужды, можно было похитить ее вместе с документом на улице.
— Либо они были не заодно, однако, искали одно и то же. И, узнав, что охрана этой ночью ослабнет, Манафер решил воспользоваться обстоятельствами, понимая, что вскоре, после вашей свадьбы, вся ваша семья может переехать в хорошо охраняемое поместье герцога, — задумчиво произнес Джозеф.
— Возможно ли... что герцогиня Римфос или ее муж — организаторы пирамиды, а Макнафер — их сообщник или один из первых акционеров? — задумчиво произнесла я. — Но что их связывает? Мне казалось, еще недавно о Макнафере ничего не слышно было в столице, а герцогиня — одна из самых влиятельных дам высшего света.
От всех этих мыслей голова пухла, и я понимала, что все эти рассуждения — просто попытка не думать о том единственном, что меня по-настоящему сейчас беспокоило.
— Что ты делаешь? — оклик Флоренс заставил меня обернуться.
Я увидела, что Зоуи стоит подле открытого сейфа. Она решительно схватила запертые в нем хрустальные туфельки, хотя обычно старалась к ним не прикасаться, держась только за деревянную подставку.
