Автор
Журнал в руках пытался подорвать мой аппетит, но вместо этого заставил задуматься о смысле жизни. Как можно отвернуться от важных вещей ради вкусности? В этом мире мачо и жестокие хищники затаили душевные раны за улыбкой на обложке "Мачо чужой мечты".
Я не перебивал Бандина, а тот неожиданно занервничал и начал говорить еще быстрее:"
"— Туристы некоторое время проплыли, потом спохватились, пристали к берегу и пошли пешком назад. Течение сильное, пока выгребешь против потока, очумеешь. Ну увидели второй рукав, сообразили про водопад и двинули туда, нашли пустую байдарку, вытянули тело Антона, оно за камни зацепилось. Сони нигде нет! Вот и решили: утянуло ее в пещеру, и не подумал никто, что она сумеет вылезти и до заимки дойти. Понимаете, сомнений не было: в водопад оба свалились, про то, что девушка на повороте выпала, никому и в голову не взбрело.
Егор на секунду примолк и добавил:
— Николай Сергеевич все очень правильно записал, и дело давно случилось! Ну кому сейчас про это интересно знать? Здесь каждый год кто-нибудь тонет, порой даже местные, а уж москвичи или екатеринбургские обязательно, думают, чего трудного по речке сплавиться, но нет! Вот сейчас расскажу, как правильно…
— Наверное, Соня вас добрым словом вспоминает, — перебил я Егора.
— А мы не общаемся.
— Неблагодарная девушка!
— Что ж ей теперь, нас на руках носить? — пожал плечами Бандин. — В Кори простой закон, если кому плохо — помоги, потом тебя из беды выручат, иначе пропасть можно. Все равно не соображу, чего вас сюда принесло? Так и не понял, Михаил только сказал: «Из Москвы звонили, просили принять как дорогого гостя и оказать полнейшее содействие».
Я вынул из кармана удостоверение.
— Начальник, — испуганно прочитал Егор. — Так вы из ментовки? Что случилось?
Глаза его неожиданно провалились под брови, нос вытянулся, левая щека начала непроизвольно дергаться.
— К вам никаких претензий нет, — решил я успокоить хозяина.
— Просто так из столицы не припрутся, — отчеканил Егор, — времени столько зря не потратят, да и денег тоже, билет не копеечный, еще и командировочные.
— Некоторое время тому назад, — сказал я, — в Москве была убита журналистка Соня Умер, вот я и…
— Что? — просипел Бандин. — Кто?
— Убил? Пока неизвестно, вот я и…
— Умер? Она скончалась?
— Увы, да, очевидно, девушке на роду было написано погибнуть не своей смертью, — вздохнул я, — сначала она чуть не утонула в реке, а когда Соня сумела спастись, злая судьба все равно ее догнала.
