Автор
Журнал в руках пытался подорвать мой аппетит, но вместо этого заставил задуматься о смысле жизни. Как можно отвернуться от важных вещей ради вкусности? В этом мире мачо и жестокие хищники затаили душевные раны за улыбкой на обложке "Мачо чужой мечты".
— Они договорились, что Соня никогда не напомнит о себе, она и не возникала, а тут поездка, будь она неладна.
— Еще одна странность, — не успокаивалась хозяйка.
— Какая?
— Почему Вяльцев записал на себя младенца?
— Куда ему было деваться? Мальчик появился в законном браке, — закашлялась Олеся.
— Некоторые мужчины, — тихо ответила Нора, — не считают штамп в паспорте достаточным основанием для признания ребенка и отказываются от отцовства.
— А Вяльцев не протестовал, — слегка повысила тон Олеся.
— Следовательно, он не законченный мерзавец, — сделала логичный вывод Элеонора.
— Негодяй и гад.
— Но мальчика он признал.
— Он его не воспитывал, денег не давал!
— Фамилию свою дал, — упорствовала Нора.
— Неправда! — заорала Олеся. — Разве вы не поняли? Вяльцев меньше всего хотел, чтобы известие о его женитьбе вылезло наружу! И Марка никто не признавал! Мальчик горькая безотцовщина!
— Тогда неясна ситуация с выездом, — рявкнула Нора, — либо Марк сын Вяльцева, тогда нужно разрешение.
Олеся замерла.
— Ну в общем, — весьма неохотно произнесла она, — дело глупое. Сонечка, она, надо учесть, такое воспитание, Тильда…
— Не понимаю! — рявкнула Нора.
Олеся опустила глаза.
— Еще одна Сонина идиотская затея! Вы же никому не расскажете? Нет? Когда родился Марк, Андрей очень долго не шел в загс регистрировать младенца.
В конце концов Соне надоело, что Марк как бы не существует, и она сама зарегистрировала его.
— Подобную процедуру разрешено проделывать без отца малыша? — изумился я. — Бред. Любая женщина тогда сможет приписать, допустим, мне кучу отпрысков и потребовать потом алименты.
Олеся кашлянула.
— У Сони в загсе работала соседка, в одном подъезде жили.
— То есть без согласия мужа Соня записала Вяльцева отцом ребенка, — безжалостно уточнила Нора.
— Ага, — подтвердила Олеся, раскрыла свою яркую бело-красную сумку, вынула платок и стала комкать его в руке.
— Андрей был в курсе? — спросила Элеонора.
— Нет, — менее уверенно ответила Реутова, — Сонечка не успела ему рассказать, Вяльцев вообще перестал домой заглядывать.
— Ясненько, — забарабанила пальцами по столу хозяйка.
