Автор
Прекрасный сон был нарушен самым лучшим будильником – это кот. Я приоткрыла один глаз и прошептала: "Альберт Кузьмич, сделай одолжение, уйди!" Мохнатая морда прижалась к моей щеке, усы защекотали нос. С этими пронзительными воплями "Мяу! Мяуу!! Мяууу!!!", я села на кровать и взглянула на часы – шесть утра. Представьте себе, как обидно просыпаться за полчаса до времени, когда следует вставать?...
Это случилось во вторник, я хотела в среду обменять портки, но не успела, работы много было.
– Я собачку принесла, – заявила Леночка, вбегая в кухню, – вот! Звать ее Ада!
– Слушаю тебя, дорогая, – отозвалась Дюдюня.
– Вот собачка, – повторила Лена.
– Псинка очень милая, – похвалила психолог.
– Ада! – улыбнулась девочка.
– Да, дорогая, – откликнулась Дюдюня.
Лена заморгала.
– Что?
– Ты меня зовешь, а я отвечаю, – объяснила психолог.
– Собаку так зовут, – внес ясность Димон. – Ада!
– Слушаю, – машинально отреагировала Дюдюня и воскликнула: – У собаки кличка Ада?
– Да, – хором подтвердили Миша и Никита.
– Прекрасно, – пришла в восторг психолог, – мы с ней тезки. Начнем съемки.
Глава восьмая
– У нас не распределены роли, – напомнила я.
– Итак, сценарий таков! Рина стоит у «острова» и режет огурец. Миша подает укроп, который он взял в холодильнике, – стала фонтанировать идеями Ада Марковна, проигнорировав мое замечание.
– Укропа нет, – приуныла Рина, – последний я в салат порезала.
– Однофигственно! – отмахнулась Дюдюня. – Кит пробует майонез.
– Терпеть его не могу, – скривился детектив.
– У нас домашний, я сама его делаю, – заявила Ирина Леонидовна.
– Заменим его сметаной! – велела режиссер. – Ваня мешает ложкой в миске. Все ясно?
– Ада… – начала я, хотела продолжить, но тут залаяла собака.
– Не тебя звали, – рассмеялась Дюдюня.
– Что мне делать? – осведомилась я.
– Наливать масло, подсолнечное, – не замедлила с распоряжением Ада.
– Готов, жду отмашки, – отозвался Коробков.
– Все встали на свои места, – скомандовала Ада Марковна. – Роли помните?
Мы слаженно кивнули.
– А я нет, – прошептала Леночка, – про меня забыли.
Дюдюня улыбнулась так широко, что мне сразу стало ясно: она и впрямь не приняла в расчет девочку.
– Солнышко, ты главная на съемке, – зачастила Ада, – основная героиня. Стоишь около Рины, спрашиваешь у нее: «Что мы готовим?» Хвалишь… э… бабушку.
– Тетя Таня моя мама, дядя Ваня папа, – пришла в восторг Леночка, – Рина бабулечка, дядя с камерой дедуля, а остальные мне кто?
– Братья, – ответила Дюдюня, – родные!
– Прикольно, – обрадовался Миша, – значит, меня Таня родила, а Иван Никифорович наш с Никитой папуля."
"– У вас еще и бабушка общая, – расхохоталась Ирина Леонидовна.
– Завершаем пустопорожнюю болтовню, – велела Ада, – в процессе съемки надо вести какую-то беседу.
