Никого не могло быть на огороженном высоким забором дворе, тем более сама Светлана вернулась в дом не больше пяти минут назад и никого не видела.
«Белки», – подумала она и даже улыбнулась, такой очевидной была разгадка. В Спасском-Лутовинове жило много белок. В основном они гнездились в лесу, но иногда появлялись и на деревьях, растущих у частных домов, потому что здесь их частенько подкармливали. На участке Бабурских тоже висели кормушки, в которые Светлана регулярно подсыпала орехи и специально покупаемый Ольгой Аполлинарьевной в зоомагазине беличий корм. Белки были практически ручные, совсем непугливые, охотно давали кормить себя с ладони и уморительно держали передними лапками крупные кусочки ореха, которые Светлана специально колола крупными кусками.
Да, во дворе шуршали белки, наведавшиеся к кормушке. И успокоенная Светлана налила в чашку горячее молоко, размешала в ней две чайные ложки меда, щелкнула выключателем и снова начала подниматься наверх, стараясь ступать так, чтобы ступеньки не трещали под ее ногами. Хоть и не должна проснуться Ольга Аполлинарьевна, но лучше быть осторожнее. Хорошая домработница не нарушает хрупкий сон своей хозяйки, если хочет остаться в доме."
"Она поднялась в свою комнату, поставила чашку на тумбочку, чтобы молоко немного остыло, скинула спортивный костюм, быстро приняла душ, надела ночную сорочку и легла в давно уже расстеленную кровать. Ее умиротворяющий напиток был как раз той температуры, что нужно. Она выпила маленькими глотками сладкое ароматное молоко, чуть горьковатое от привкуса цветочного меда. Эта горчинка была фирменной для лутовиновского меда, его главной особенностью и визитной карточкой.
От горячего молока ее сразу потянуло в сон, и Светлана даже улыбнулась тому, как эффективно подействовал старинный рецепт борьбы с бессонницей. Эх, если бы еще Ольгу Аполлинарьевну убедить пить молоко с медом. Так ведь нет, не заставишь. Светлана протянула руку, дернула за веревочку, выключив висящее над кроватью бра, и привычно прислушалась к звукам спящего дома. На мгновение ей показалось, что скрипнула та самая предательская ступенька, которую она всегда старалась обходить, но чаще всего забывала. И тут же снова стало тихо.
Никто не мог подниматься сейчас по лестнице. Ольга Аполлинарьевна спала, и никого не было в доме кроме них двоих. Не белки же, в самом деле. Мысль отчего-то показалась неприятной, царапающей, но сосредоточиться на ней Светлана не успела, потому что через мгновение уже сладко спала, подложив под щеку ладонь.
Глава 7
Зубову казалось, будто он стоит в укутанной туманом лощине. Серое марево стелется по земле, поднимается вверх, застилая дорогу, сбивая с пути.