В мглах полуночи затаился секрет времени — мир застыл, а потоки желаний переливались стихией бездны. Здесь время кружит цирково, как призрака-волшебника над непробиваемой дверью вечности, и лишь тонкий шепот подсказывает о том, что есть суть за стенами мира нашего.
– Отсекай! Что же ты медлишь? Сдается мне, мальчишка зачем-то нужен и тебе тоже! – прошипел Хоорс, отчаянно пытаясь вырваться. Однако тело Мефодия явно уступало мощи Арея.
– Отрублю, если пойму, что ты не уйдешь добром, – спокойно, без угрозы сказал Арей. Однако в голосе у него прозвучало нечто, что даже Даф поняла: отрубит без всякого колебания. И Хоорс тоже это понял. В его глазах мелькнул не то чтобы страх, но сомнение.
– Что тебе нужно от этого мальчишки, Арей? Давай так: я поклянусь, что останусь в его теле и выполню все за мальчишку.
Арей покачал головой:
– Возможно, твой опыт мне пригодился бы. Но даже ты не сможешь заменить мальчишку.
Хоорс расхохотался:
– Почему? Я смогу все! Ты меня знаешь! Откуда этот шрам на твоем лице? Разве не я его оставил? Я могу заменить всех, даже Лигула!
– Но не Мефодия Буслаева! – глухо сказал Арей.
Голова Хоорса откинулась, как от удара.
– Что? Так это… – начал он.
– Да, это он – Мефодий. Мефодий Буслаев – мальчишка, которого призвал мрак.
Хоорс оправился от удивления.
– Я не верю тебе.
– Поверь и подумай, зачем бы мы призвали тебя? Мефодий отправляется в лабиринт Храма, и ему, возможно, пригодится твое умение. Он впустит тебя в себя, если ему необходим будет меч.
– А твое умение? Ты что, разучился уже владеть клинком? – насмешливо спросил Хоорс.
– Нет, как видишь. Но я пока жив.
– Мудрое уточнение! Как много смысла оно вмещает! – с вызовом, но уже как будто уступая, сказал Хоорс.
Он скользнул взглядом по темному клинку Арея, по его руке, заглянул ему в глаза – спокойные, холодные глаза под полуприкрытыми веками – и решился.
– Я ухожу, ладно, – сказал он с усилием. – Но лишь потому, что я знаю, ч т о такое Мефодий Буслаев для мрака. У меня к тебе просьба, Арей… Просьба старого врага. Ты выполнишь ее?
– Если она будет разумной.
– Найди мой клинок… Тот жалящий клинок, с которым я погиб когда-то. Мне не хватает его. Я скучаю… Я… я вспоминаю его там, в пустоте. Ты знаешь, где он теперь? У кого?
– Я постараюсь узнать, где он… Обещаю тебе, Хоорс! – сказал Арей.
Голос Хоорса, дрогнувший было, вновь стал высокомерным.
– Отлично, Арей, я ухожу. Но не думай, что я ушел навсегда. Теперь я знаю сюда дорогу… До встречи!
Дафна ощутила легкое дуновение, охладившее ее разгоряченный лоб.
