Автор
Габи научилась игнорировать обаятельного и неуклюжего Леона, превратив его бессмысленные шenanги в источник бесконечной улыбки. Вместе с каждым новым уроком магии она осваивает новые заклинания, но что больше всего расстраивает — это то, как ей нравится этот юноша. Теперь каждый день полон загадочного шокера и желаний вновь встретиться с Леоном, будучи на грани между отторжением и нежностью к этому драматичному молодому человеку....
Удержался – решит еще, что она в самом деле мне небезразлична.
Едва телега, в которой нас должны были отвезти в еще большую глушь, стронулась с места, я свернулся на мешках – таких дивно мягких и уютных – и провалился в сон.
[1]В. Жуковский, «Узник».
Глава 10
Габи
– Присылают детей! – проворчал староста, изучив документ, переданный из гарнизона. – Какие из вас маги? Вам еще самим мамкину грудь сосать.
Он зыркнул из-под кустистых бровей на Леона, застывшего с невозмутимым видом.
– Ты, выходит, боевик. Ладно, хотя бы…
Я сделала шаг вперед, выступив перед денщиком.
– Боевик – я. Мастра Габриэла Ардженте в вашем распоряжении.
Староста ожидаемо крякнул и поскреб лысую голову."
"– Значит, бытовик? – ошалело поинтересовался он у Леона. Вопрос был риторическим и ответа не требовал. – Удумают тоже! Совсем они там в своих академиях с ума посходили. Баловство одно! Просил ведь прислать опытных магов, а они!..
Мастро Фаббри – имя старосты я прочитала в документе, который капитан Ротонде оставил незапечатанным, – раздраженно махнул рукой.
– Зачем в маленьком поселении маги? – неожиданно спросил Леон, и его голос, обычно насмешливый, прозвучал на удивление серьезно.
Он кем себя возомнил? По уставу, денщик в присутствии непосредственного руководителя, то есть меня, и рта не мог раскрыть без позволения. Никакой субординации! В глазах Леона я малявка, по недоразумению назначенная ему в начальство.
Я неодобрительно покосилась на Фальконте и, пока не поздно, перехватила инициативу.
– Капитан Ротонде говорит, что у вас домовые расшалились? В реестре нечисти нет домовых.
Староста поглядел на Леона, на меня. На Леона. На меня. Ответил, глядя в пространство между нами.
– Ну так это… Вроде как и пошаливает что-то. А вроде как и нет. После Великой битвы, конечно, всякая дрянь с Пустоши лезла. Приказ пришел из столицы всем жителям с места сниматься и переезжать! Слыханное ли дело: мы здесь испокон веков селились! Никуда мы не поехали, конечно, и правильно сделали.
Раньше, до поступления в Академию, я не понимала, почему предгорья на востоке королевства называют Пустошью. Я думала, что пустошь – безжизненная равнина, раскинувшаяся под палящим солнцем, но на лекциях по истории магии мне все объяснили. После противостояния с Кардисом Морте в предгорьях не осталось ничего, кроме голого камня и застывшей лавы. Потихоньку жизнь вернулась, а название осталось.
