В мире, где время быстро уносит все воспоминания и следы о жизни, главный герой случайно находит способ сохранять мгновения. Магическая штучка, как он ее назвал, позволяет записывать свои эмоции и моменты в бесконечном архиве вечности. Каждое воспоминание становится не просто воспоминанием, но живым свидетельством жизни....
Похоже, «Магическая штучка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Это был мужчина с небольшими рогами, козлиной бородкой и длинным лысым хвостом. Вторая — была похожа на ангела, только перьев на сложенных крыльях я не заметила. Скорее, они чем-то напоминали крылья летучей мыши. А вот третья фигура явно напоминала женщину верхней своей половиной и селедку — нижней. Значит, черт, ангел и русалка поддерживали половину земного шара, а их, в свою очередь, сжимала огромная когтистая, покрытая чешуйками лапа. Такая могла принадлежать огромной рептилии. Память услужливо напомнила о походе в хранилище магов и знакомстве с Перси.
"И только я хотела поднести чашу к свету, как ко мне что-то подлетело и, выхватив кубок, полетело прочь. Взглядом я проследила за странным созданием. Оно устроилось на деревянной балке под сводчатым потолком, Чашу животное поставило рядом с собой. Судя по кожистым крыльям, кубок у меня выхватила летучая мышь. Но, честно признаться, я не слышала, чтобы летучие мыши были размером с собаку.
— Эй… — тихо позвала я неизвестное существо.
— Эй-эй-эй… — ответило за него почему-то эхо.
— Ты меня слышишь? — предприняла новую попытку дозваться чудовище.
— Слышишь… Слышишь… шишь… — продолжало издеваться эхо.
— Я уже поняла, что шиш мне, а не кубок. Можно было и не уточнять.
Существо с любопытством взглянуло вниз и расправило крылья. Нет, это была вовсе не гигантская летучая мышь, за которую в самом начале я его приняла.
— Иди сюда, не бойся! — тихонько позвала малыша я.
Существо все время щурилось, но стоило ему услышать мой голос, как оно тут же распахнуло глаза — огромные, синие озера. Я, к сожалению, не видела, отличается ли их строение от человеческих, но цвет однозначно был иным. У людей не встречается такого василькового оттенка.
— Ну, же! Спускайся! — тихо говорила я, не представляя, как подзывают странных ангелов. — Цыпа-цыпа-цыпа! Кис-кис-кис!
Малыш смешно склонил голову к плечу, рассматривая меня сверху, а потом расправил крылья и атаковал, широко раскрыв пасть, полную острых, как иглы, зубов. Его отчаянный писк напугал. Я отступила назад и обязательно бы грохнулась, если бы там не стоял стол. Не говоря уж о том, что ни за какие сокровища мира не успела уклониться.
