Главный артефактор, в изнеможении покачнувшись в плетеном кресле, снова поднялся с головой. Погодная башня, похоже, превратилась из ключевой метеорологической структуры во Фритане в изуродованную петарду после взрыва. Воздух вокруг наполнялся угрюмым унынием, и лишь хрупкий магик, не осознавший полной тяжесть своих слов, проблеивал догадку: "Но кто же думал..."...
Да, у малыша Грина теперь два кумира. Два человека, на которых он будет стараться походить изо всех сил. Знаменитая на весь Фритан, а теперь и далеко за его пределами, родственница, «святая Арлиль», которую он все это время столь истово разыскивал, отказываясь верить в ее смерть. А еще суровый, порой жесткий наставник, что не дает спуску в учебе, гоняя на тренировках до седьмого пота и заставляя зубрить термины и определения различных видов вредоносной нежити. И если Гилберт не отступит — а он у нас паренек упорный и настойчивый — то в скором времени в этом городе, возможно, появится еще один бесстрашный защитник и хранитель, достойный новых легенд.
— А я тебе рассказывала о своей маленькой мечте? Ну, такой… крохотной, но почти недосягаемой.
Кот навострил ухо."
"— Вот пишу я все эти истории и думаю иногда… Легко ведь описывать то, что видишь собственными глазами.
Кот вздохнул, вышел в комнату и через несколько секунд вернулся с зажатым в зубах смятым листком черновика, на котором корявым — явно не моим — почерком было накарябано:
«Е=мс2»
А пока я разглаживала листок, силясь понять, — что за шифровка и где Редактор ее взял, уж не из рабочих ли бумаг мужа? — рыжий прохвост запрыгнул на широкие перила балконного ограждения и важно удалился под звуки погодной сводки с проплывающего над площадью аэростата:
«… ветер умеренный.
