Путешествие в свободный город Фритан, где магия неразрывно переплетена с повседневной жизнью. Здесь взрываются погодные башни, говорят ежи, а обычные люди совершают чудеса ради восхищённого взгляда. Волшебная история о городе, где невозможное становится нормой, а каждый его житель владеет...
— Ету что ль? — повернулся, когда Берт не ответил. — Хотел-то, говорю, чего? Ничего? Тады брысь, — велел строго, мгновенно потеряв к нему интерес. И легко погрозил в его сторону кувалдой, будто веником.
Берт схватил свой горшок и убрался на улицу.
Какой-то чумной совсем кузнец-то.
Помощник не нужен. Про Арлиль только присказки знает.
Глупо, наверное, спрашивать о ней работяг и бедняков. А богатеев страшно… Тетка лечила всех подряд, без оглядки на звания, кошелек и достижения. И бедняков среди них было немало.
А богатеи могли за такие расспросы и патруль позвать. Патруль Гилберту и горшку был не нужен.
Со стороны ратуши раздался грубый стрекочущий звук. Очень похожий на драндулет рыжего господина с очками и газовым шарфом. Берт шагнул было к кузнице, прикидывая, куда сунуть горшок. Но вокруг не было ни кустика, ни деревца, даже какой-то щели между домами.
— Это хорошо, что я только очки захотел, — бормотал парень, быстро шагая в направлении воздушной гавани. — А если б мне рояль замечталось?
Наперерез ему двигался полицейский патруль, Берт на месте развернулся и двинулся обратно к Зиберу — пересидит в кузнице. Что-нибудь придумает, не впервой.
Треск и вой приближались все вернее, наконец из-за угла показался его источник, и Гилберт с неудовольствием опознал в нем трицикл известного всей шантрапе Шимуса Грона, лейтенанта магической полиции. Шимус приключения Берта не жаловал, и горшок, скорее всего, конфискует. Как и очки. Впрочем, лишиться очков Гилберту было не так обидно."
"Горшок немедленно следовало спасать, где-то прятать… А деть его посреди улицы было решительно некуда.
Требовалось что-то надежное, такое, что остановит даже Грона. Берт припал на одно колено, отвернувшись от лейтенантского трайка, закрывая собой драгоценный горшок, прикидывая, в какое из выходящих на улицу окон его будет не опасно на время закинуть.
Перед парнем материализовался блестящий новенький сейф с гостеприимно распахнутой дверцей.
— Славься, Предивная… — пробормотал Берт. Сердце бухало в ушах, отдаваясь в тощий кадык, парень быстро затолкал в сейф горшок и очки и захлопнул дверцу. Шаги остановились прямо у него за спиной.
— Ты, — сухо поприветствовал его лейтенант.
— И вам добрый день, утро и вечер, — проворчал Берт, кряхтя, поднимая сейф. Как он его вообще сможет с места сдвинуть, он понятия не имел.
«Жизнь делается все тяжелее и тяжелее…» — мелькнула у Гилберта быстрая мысль. Парень выдохнул, держа сейф дрожащими от натуги руками.
