Когда я выходила из кареты, причёска моя была растрёпана, а губы опухли от поцелуев. В таком виде мне и пришлось предстать перед императорской четой, ожидавшей разъяснений.
– А, Мезенцев, вы как-то не торопились, – заметил император.
– Виноват, ваше величество!
– Виноват он, – фыркнул император. – Мне уж Александр Христофорович всё рассказал! Ступайте уже!
– Погодите, – улыбнулась Александра Фёдоровна. Она встала и повернулась к мужу. – Николай Павлович, не могли бы вы икону взять да рядом со мной встать?
– Зачем это? – не понял император.
– Мне Голицына весточку прислала. Молодых благословить надобно… Да вы и сами видите.
– Но я… – я растерянно огляделась, а потом, видя, что Николай Павлович действительно снял икону со стены, вместе с Алексеем преклонила колени, получая благословение царственных особ. Случайно или нет, но в этот момент тучи расползлись и солнце снова засияло, своими лучами развеивая остатки полученного мною проклятия. Я взглянула на жениха, он смотрел на меня, и в его взгляде было столько обожания, что сомнений у меня не осталось – я нашла своё счастье.
«Морковка» ведьминской мечты, или Ограбление на Апрашке
– Злата! – прогремело на весь этаж коммуналки. – Ведьма ты крашеная, опять мой шампунь брала? Я его для тебя из интернет-маркета заказывала?!
Йопта! Ага, дожили. Уже самые отсталые до онлайн-шопинга доросли.
Подленько хихикнув, я заценила визг сирены и, подкравшись на цыпочках к двери в комнату, защёлкнула засов, чтобы не достала.
– Злата! – голосила она как дурная.
Словно в первый раз чего-то недосчиталась?! Будет знать, как оставлять на видном месте понтов ради брендовый ништяк. Я оценила и продегустировала. Всё оки!
– Да что ты горло дерёшь?! Кура! – сработала вторая сигнализация нашего милого серпентария. – Нужна моей Златке твоя шампуня? У неё видала, какая шевелюра? Не то что твои три волосёнки. Я ей особенное средство варю!
Выдохнув, я с довольным видом перекинула толстую светлую косу через плечо.
Ну да! Тётя Глаша делает первоклассную маску, но… Это не отменяет того, что можно прибрать к ручкам и чужой шампунь. У Кристинки реально на голове три волосинки в два ряда – и куска мыла хватит промыть.
Что воздух сотрясает – непонятно!
Усмехнувшись, я покрутилась у зеркала.
– Злат, впусти, – послышался стук. – Кура эта справедливость искать побежала.
Подскочив к двери, впустила тётю Глашу.
– Чё, реально к коменданту? – уточнила.