Автор
В Париже за морозом и темными ночами скрываются романтические улочки и витрины шикарных буфетов, где можно насладиться напитками после длинной поездки. Белые ночи придают городу невероятную атмосферность, заставляя забыть о морозе и давящем небе.
Похоже, «Магия белых ночей» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Не спеша поднимаясь по винтовой лестнице и слушая приятное эхо собственных шагов, я прикрыла глаза, снова проговаривая про себя своё желание. Кто бы ни исполнял их, пусть, пожалуйста, услышит.
Вдруг эхо усилилось, и мне начало казаться, что звук шагов двоится. Словно я делаю не один шаг, а сразу два. Что это, особенности акустики знаменитой Ротонды? Но вскоре ощущение чужого присутствия усилилось. А после я заметила сбоку и чуть позади движение. И едва не вскрикнула от ужаса, но вовремя сдержалась. Это всего лишь человек.
Интересно, он живёт здесь или тоже пришёл посмотреть на Ротонду? А может, и загадать желание? Украдкой обернувшись через плечо, я заметила, что он держит что-то в руках и внимательно рассматривает, даже не замечая меня. Вот было бы неловко, если бы я всё-таки заорала от ужаса!
Внезапно ускорившись, парень поравнялся со мной и теперь шёл рядом, даже не пытаясь обогнать.
Только сейчас заметила, что в его небрежно растрёпанных волосах виднелся сплетённый из листьев венок. Как у какого-то хиппи. И на фоне всего остального его неформального образа это смотрелось ещё страннее. В ухе кольцо, одет в кожанку и рваные джинсы, а на ногах… кеды разного цвета. Вот же странный! Ну эту Ротонду, пойду-ка я лучше домой. Но не успела я замедлиться, чтобы незаметно развернуться и уйти, как парень вдруг заговорил.
– Кто ещё такой этот Кирилл?
Я резко остановилась, прислонившись к холодным перилам.
Держал. В руках. Моё. Желание.
Точнее, лист, который я вырвала из артбука и оставила там, на стене!
– Не твоё дело! Зачем ты это взял? – разозлилась я, пытаясь вырвать у него из рук листок. Но парень лишь нахально ухмыльнулся и отдёрнул руку, с наглым любопытством взирая на меня с высоты своего роста.
– Так кто он?
– Мой друг, – растерянно выпалила я, стушевавшись под его напором и невозмутимостью.
Уголок его губ едва уловимо дёрнулся, он чуть сощурился, беззастенчиво уставившись на меня в упор. Внимание тут же привлекли его глаза. Такие светлые-светлые, зелёные, с густыми тёмными ресницами. Не бывает таких глаз, линзы, что ли?
Чуть склонившись к моему лицу, нахал оборонил короткое:
– Неправда.
Я почувствовала, как к лицу прилил жар, отводя взгляд.
