Героиня неожиданно возвращается в мир Земли, узнав, что станет матерью. Мировой разум удерживает её, требуя остаться до рождения дочери — будущей могущественной маги, которая спасит мир Валент. Теперь ей предстоит пережить беременность, готовясь к новой жизни и судьбе своего ребёнка.
Раздел Chitat.online для книги «Магия чистых душ 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Героиня неожиданно возвращается в мир Земли, узнав, что станет матерью. Мировой разум удерживает её, требуя остаться до рождения дочери — будущей могущественной маги, которая спасит мир Валент. Теперь ей предстоит пережить беременность, готовясь к новой жизни и судьбе своего ребёнка.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ольга Шах Легкое чтение Фантастика Попаданцы подборки серии
Героиня неожиданно возвращается в мир Земли, узнав, что станет матерью. Мировой разум удерживает её, требуя остаться до рождения дочери — будущей могущественной маги, которая спасит мир Валент. Теперь ей предстоит пережить беременность, готовясь к новой жизни и судьбе своего ребёнка.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Магия чистых душ 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Эти бабы их там, на выезде порешили… пошли на таран, машину сбросили, прямо на пацанов, они в кювете прятались. Толяна насмерть задавило, а Синий ещё живой был, позвонил… вот Серый и велел стрелять. Троха не хотел, но Серый велел ему заткнуться. А потом стали стрелять… только вот все пули как будто от резины отлетали и все назад в пацанов…
Голос подвёл Витяя, дал петуха. А что вы хотите, пацану только семнадцать лет.
— А потом я пошел посмотреть, где машина стояла… а следов и нет. Как будто растворилась в воздухе.
— А ты почему не ранен, живой?
— Я не стрелял, у меня ствола нет, рано сказали… — сконфуженно пробормотал Витяй.
Худой брезгливо сморщился.
— Ведь сказал, что добром поговорить надо, нет, устроили тут Куликовскую битву! Покажите, где тут это место!"
"Худого услужливо подвёл к месту пропажи сам шеф. Гость внимательно вглядывался в следы машины, недоверчиво хмыкал, крутил головой. Наконец сказал.
— Никакой чащи не вижу, там дорога, лес какой-то. Что-то здесь не так… и врач эта, и пули назад летят, машина растворяется в воздухе. Что-то уж больно это похоже на игры военных…
Затем повернулся и пошел к своей машине, бросив на ходу — Пацана приберите!
Застывший у того места, где пропала машина, Витяй вдруг отчётливо понял — сейчас его будут убивать. Совсем, бесповоротно. И прежде чем сопровождение шефа вскинули стволы автоматов на траверс выстрела, пацан, вскрикнув как-то жалко, по заячьи, кинулся в ту самую чашу. Вначале он как будто завяз в густом желе, пытаясь пробраться через него, но ничего не получалось. Легкие уже жгло огнем, вздохнуть не получалось, но Витяй все равно пытался прорваться вперёд. Наконец, облепившая его пленка лопнула, и он повалился вперёд, упав на землю, он жадно дышал, вбирая в лёгкие замечательный, вкусный, живительный воздух. Потом кое-как поднялся на ноги, пошатываясь, оглянулся.
Сзади него стоял стеной лес. Не было видно ни машин, ни трупов, ни шефа… впереди узкая дорога, почти тропа, а далеко впереди виднелся небольшой дом, приветливо светились окна… и Витяй побрел туда. Пока там было для него безопасно, там жизнь. Так Витяю ощущалось.
***Мир Земля
Худой, а в миру Потапов Валерий Петрович, не оглядываясь, шел к автомобилю, ежась и кутаясь в меховое пальто. Сейчас его почти постоянно знобило, но израильские врачи обещали, что так ещё пару недель будет. Потом станет улучшаться система терморегуляции. Отдав распоряжение об устранении пацана, Худой даже не сомневался в его выполнении и поэтому не обращал внимания, что там за спиной. Но услышав выстрелы, а затем и раздавшиеся крики боли, и стоны, всё-таки оглянулся.
