Женщины свободно гуляли по дворцовому парку, кое-кто шел к большим воротам в город. Но пришлось посидеть в кустах, чтобы обнаружить комнаты наших потеряшек. В отличие от других, эти комнаты были плотно закрыты шторами. И туда же меня тянуло. Значит, девчонки там. Немного ещё понаблюдав, выбрался из кустов и фланирующей походкой двинулся по тропинке назад. Где и был благополучно отловлен бдительной охраной. Легенда у меня была заготовлена.
Сказал, что приехал из дальнего кочевья на прием к правителю и не уеду, пока мое прошение не рассмотрят. Охранники дружно заржали над наивным кочевником. Ещё сказал, что в приемной душно, вышел на улицу и заблудился в парке. Охранники попались добрые, даже по шее не дали, просто вытолкали прочь. Ну и ладно, пристроился неподалеку от стены, вначале у ворот, посмотрел, как меняется стража, с каким интервалом, как тщательно несут службу. Выходило, что служба у них поставлена из рук вон плохо.
Посмотрю, как будет ночью, вдруг будут бдительнее. Но чуда не случилось. Как только наступила темнота, доблестные стражи в своей будке завалились спать и храпели с присвистом. Через три часа пришедший разводящий едва растолкал их, выгнав на улицу, обойти дворец. Обойти его они ухитрились за двадцать минут, я засекал по часам. По-моему, они просто подождали за углом, пока уйдет разводящий. И опять наступила тишина, нарушаемая только бодрым храпом стражи. Ну, теперь пришло и мое время.
Отойдя от ворот подальше, примерно напротив женского крыла дворца, закинул на стену верёвку с кошкой, она звякнула чуть слышно, взобрался на стену. Огляделся. С этой стороны стены почти вплотную к ограде росло большое раскидистое дерево с толстыми ветками. Вот и здорово. Спрятав верёвку в густой кроне, я перебрался по веткам вниз, спрыгнул. В некоторых окнах ещё горели светильники, в некоторых было темно. Но в тех двух комнатах, которые были зашторенными, светильник горел, одна створка окна была приоткрыта. И оттуда доносились женские гневные вопли, звон бьющейся посуды, чего-то тяжёлого, кидаемого в стену.
Я очень осторожно, стараясь производить как можно меньше шума, взобрался на подоконник и чуть сдвинул штору в сторону. По комнате разъяренной фурией металась красотка Настаси. Я узнал ее по своему видению. Одета она была в ярко-красный полупрозрачный не то халат, не то пеньюар, не очень-то я разбираюсь в женских тряпках. Во всяком случае, полы этого нечто развевались при очередной пробежке по комнате, открывая взгляду весьма соблазнительные стройные ножки. Кхм… что-то я увлекся… монахом я, конечно, не был, так что такое зрелище было увлекательным для мужчины.