– Теперь должен выдержать, – удовлетворённо заключил шеф.
– Что именно? – насторожилась я, до конца не желая принимать самый очевидный ответ.
– Нас двоих. Это наш транспорт. – Безжалостно убил мои надежды Арьен. – Я сяду первым, а ты на меня.
– На… колени?
О, пожалуйста, только не это!
– Верхом. Так надёжнее. Я буду держаться за стул и не смогу держать тебя. Поэтому тебе придётся обхватить меня руками и ногами.
– Но, погодите… – Я судорожно попыталась представить себе не настолько неприличную конструкцию из наших тел. Получалось так себе – всё, что рисовало воображение, или не было достаточно надёжным, или смахивало на позы из «Камасутры».
– Некогда болтать! – Шеф устроился на стуле и пальцем поманил меня к себе. – Шевелись давай, сюда уже кто-то идёт.
Пришлось подчиниться, сжав зубы. Очень уж не хотелось встречаться с местными обитателями.
– Ненавижу вас… – прошептала я, залезая на шефа. Он опустил руки поверх моих ног и вцепился в стул, зафиксировав меня ещё надёжнее.
Мне хотелось свести и без того слишком тесный контакт к минимуму, но тут стул с натужным кряхтением взмыл в воздух и я, взвизгнув, с силой обхватила вампира руками и ногами, прижавшись к нему так страстно, как не прижималась и под действием остаточных чар духа-извращенца.
К сожалению, полёт не был плавным. То ли стул был слишком старый, то ли трёх мешочков пыльцы оказалось маловато, но наш летательный аппарат трясло так, будто он поминутно попадал в воздушные ямы. Ведьминская шляпа, которая чудом пережила полёт через тьму, слетела в первые же секунды. Ветер радостно трепал распущенные волосы, то поднимая их дыбом, то бросая мне в лицо. Я, взвизгивая, подпрыгивала верхом на шефе. Платье снова задралось, его рубашка распахнулась, и у случайного наблюдателя не осталось бы ни малейших сомнений в том, чем именно мы там занимаемся. Я и сама, честно сказать, не могла с уверенностью заявить, что это не так.
Хорошо, что страх свалиться пока пересиливал всё остальное. Хотя нет, не всё.
– Шеф, – выдохнула я после очередной воздушной ямы. – Вас что, до конца не отпустило заклятие духа из подворотни? Я кое-что ощущаю, и мне неловко… вы не могли бы перестать в меня этим… упираться?
– Не мог бы, – огрызнулся он. – Извиняться не буду – это вполне нормальная реакция здорового мужского организма.
– Но мы же в критической ситуации! Постарайтесь сосредоточиться на этом!
– Не хотел тебе говорить, – задумчиво отозвался шеф, словно мы не на грани жизни и смерти балансировали, а чаёк за столом попивали. – Но, похоже, критические ситуации здорово меня возбуждают.
– Опять издеваетесь? – прошипела я. – Знаете же, что я сейчас никак не могу отстраниться!
– Зато теперь лететь уже не так страшно, правда?
У меня не нашлось цензурных слов.