В зимнем вальсе изящных туфелек и нарядной гербовой бумаги шагала героиня к экзаменам, словно подросток-любительница магии льда. Тонкий атласный лед вокруг ножек искрился солнцем, создавая невероятную красоту — настоящий праздник из сурового зимнего дня.
Другие стихии я пробовала, но не прониклась, а вода — это прям мое. Изменчивая, податливая и в то же время способная сворачивать горы — как буквально, так и образно.
А брат искренне страдал из-за мнимой неполноценности.
Отец же вовсе пришел в ярость. Если бы матушка не сгорела от лихорадки девять лет назад, наверняка потребовал бы развода в любом случае. Два ребенка — и оба водники! Позор!
Получается, Кристель было всего шесть, когда она осиротела.
И запомнить действительно мало что могла.
Как вывести разговор на сказки, я не придумала, потому свернула на общую ситуацию в мире.
Брат моей безграмотности не удивлялся. В отличие от магии, которую я вполне могла втихаря осваивать самостоятельно, знания о политике и истории мне брать было неоткуда.
Виндхельм — всего лишь одно из множества государств, пострадавших от изменения климата. Все остальные точно так же выживают, отгородившись от соседей.
— Иногда случаются приграничные стычки, особенно если лес поблизости. За ресурсы, сама понимаешь. Или не понимаешь… — брат покосился на меня с сомнением, но поскольку за всю долгую тираду я ни разу ничего не переспросила, неуверенно продолжил: — Купола защищают лишь крупные города, сил на их поддержание уходит много, да и кланы огневиков и воздушников нужны немаленькие.
— У тех же огневиков? — понимающе кивнула я. — А правящая семья у нас с каким даром?
— С воздушным, — удивил меня Кай. Надо же, а так логично все складывалось… — Огневики чаще всего идут в военное дело.
— Ясно, — кивнула я, потихоньку сортируя полученные знания. — Поздно уже, давайте расходиться, что ли. Утром рано вставать.
— А можно еще раз попробуем заморозить окна? — жалобными щенячьими глазами воззрился на меня Тайринг. — У меня голова уже не кружится, честно!
Я не смогла отказать.
В результате по спальням мы разбредались по стеночке, ползком. Устали как собаки, но улыбки до ушей на лицах мальчишек говорили мне, что я на правильном пути.
Древо перетопчется.
Утро началось неприлично рано.
После интенсивных занятий магией (учтем еще, что мне приходилось ребят подстраховывать, чтобы они не натворили дел, а значит, тратить силу вдвойне) в груди ныло.
Но я приняла эту легкую боль с удовольствием. Как и мышцы, после сильного напряжения резерв увеличивается.
