В зимнем вальсе изящных туфелек и нарядной гербовой бумаги шагала героиня к экзаменам, словно подросток-любительница магии льда. Тонкий атласный лед вокруг ножек искрился солнцем, создавая невероятную красоту — настоящий праздник из сурового зимнего дня.
Незначительно, понемногу, главное — не переборщить. Зато развитие идет.
Однако подняться с постели оказалось довольно сложно. Ледяная вода в кране взбодрила от души, а там и организм очнулся, требуя еды."
"На завтрак каждому выдали по стакану отвара из каких-то трав с терпко-сладковатым вкусом и по запеченному батату, в треснувшей сердцевинке которого плавился крошечный завиток масла. Я быстро выскребла его до корочки и оглядела стол. Хлеба, понятно, нет, вместо него лепешки из чего-то зеленоватого.
Удручающе мало, учитывая, что у большинства из нас есть дар, а он сжирает энергии почти столько же, сколько сам растущий организм.
Наши тренировки пришлось вынужденно прекратить на второй вечер, потому что Тайринг упал в обморок. Ненадолго, почти сразу пришел в себя, но звоночек нехороший. Он и сам понял, что перенапрягся, но был готов продолжать, лишь бы снова ощутить упоительное движение податливой стихии под пальцами.
Еле убедила повременить и дать резерву восстановиться.
Так недолго вообще дар потерять. Перегорит и все.
Получается, развитие магии сдерживают не только интеллектуально, но и физически. Если мы продолжим так активно заниматься, как вчера, то очень быстро сляжем с истощением.
Пожалуй, стоит уже сейчас задуматься о дополнительном источнике пищи.
Например, наведаться в ближайший лес.
Как я поняла, тот оазис, что рядом с фермой Карвальдов, довольно далеко от приюта.
Рассаживали детей по возрасту, так что Кая пришлось выцеплять на выходе.
— Нам в город выходить можно? — выпалила я без предисловий.
— Нет, конечно! — возмутился он. — Да и когда? Уроки же.
— И то верно, — мрачно поддакнула я, намечая план действий.
Схожу сначала одна, разведаю обстановку. Лезть на рожон не стану, хочу понять, насколько реально вообще покинуть территорию приюта, не подняв его на уши.
Невзначай, изображая, что просто маюсь от безделья, прошлась по холлу.
На двери висел массивный засов. Отодвинуть я его смогу, но не без скрежета. И судя по всему, выпускать детей на улицу никто не собирается ни под каким предлогом.
Только впускать, никого не выпускать.
Во внутренний двор выход открывался куда проще — небольшая откидная щеколда и крепление.
