В бесформенной хижине, где не было места для удовольствия ни за какими бы деньгами, гостья смотрела на мир через тоскливые глаза и презрение. Тайринг, ее любящий друг, махал рукой, пытаясь передать ей все свои мысли: уйти, но она лишь слушала, не желая отказываться от возможности заработать даже здесь....
"
"Чуть дальше Вальмарка, но все еще внутри допустимого радиуса. Если верить карте и пометкам на ней, там простирался густой сосновый лес, который потихоньку и вырубали для нужд аристократии и богачей. Обычному люду такая роскошь не по карману.
Дерево мне сейчас без надобности, а вот проверить свои возможности надо бы. Да и взглянуть на другие оазисы не помешает, чтобы знать, на что можно в случае чего рассчитывать.
– Дух, как тебя там… иди сюда, – позвала я.
Тот неохотно подлетел и завис перед лицом. Слишком близко, кому другому стало бы некомфортно.
– Чего тебе? – буркнул он, недовольно померцав.
– Договор у вас с кем? И на какие оазисы он распространяется? На все? – я ткнула пальцем в карту.
Раньше этот вопрос меня не волновал, но пообщавшись немного с секретарем и вникнув в историю конфликта, я поневоле заинтересовалась: кто этот таинственный владелец «Королевских кущ», который определяет, кому можно пересекать незримую черту и бывать в оазисе, а кому – нет.
– Что значит – с кем? С людьми, конечно.
– С какими?
– Водными. Мы их пускаем, они нас подпитывают. Все честно.
– Водными…
Я нахмурилась.
То, что духи не могли общаться с живыми, плохо. Куда хуже то, что они не различали ни фамилий, ни имен. И контракта с подписью тоже не составили.
Вероятно, тот маг, что устанавливал купола, еще был способен видеть эфирных созданий. А его потомки эту способность утратили, а вместе с ней – контроль над оазисами.
Или же контроль изначально пребывал в чужих руках? Недаром «Кущи» – королевские. А род Виндсольдов —воздушники.
Не складывается.
«Потому и держат при дворе господина Эйсгема!» – осенило меня. Он – тот самый потомок или один из потомков, на котором замкнута вся сеть оазисов.
Если линия наследования прервется, правящая семья потеряет доступ под купола.
Получается, у оазисов и магов воды своего рода симбиоз.
Ясно теперь, почему в народе старательно взращивается ненависть к последним. Если бы правда стала известна, их бы почитали как богов. Еще бы – спасители, поддерживающие последние островки нормального климата.
Их влияние не имело бы границ.
