В бесформенной хижине, где не было места для удовольствия ни за какими бы деньгами, гостья смотрела на мир через тоскливые глаза и презрение. Тайринг, ее любящий друг, махал рукой, пытаясь передать ей все свои мысли: уйти, но она лишь слушала, не желая отказываться от возможности заработать даже здесь....
Точнее, пока мы с братом были ни к чему не пригодными водниками, я ни вас, ни дядю не видела.
– Ты, наверное, маленькая была, не помнишь. Я к вам с мамой в гости приходил! – расплылся в вымученной улыбке господин Фроствик.
– Возможно, – дернула я плечом. – Но, тем не менее, за все время нашего пребывания в приюте вы не появились там ни разу.
– Оставим дурные воспоминания! – замахала руками тетя Жель.
Я впервые поймала себя на мысли, что не знаю, как зовут мою родительницу. Мы с братом называли ее в беседах просто – мама.
"– Мы же наконец-то вместе, зачем говорить о грустном? – продолжала непринужденно щебетать тетушка. – Вижу, вы ребята не бедствуете, о чем вообще речь?
– О том, что вы пытаетесь отжать нашу ферму? —хмыкнула я.
Теперь уже поперхнулась Желинна.
В ее представлении я должна была пасть ей на грудь, обливаясь слезами умиления и признательности за то, что нас наконец-то посчитали за людей и допустили в род.
Но что-то не падалось.
– Послушай, вы все равно не справитесь, – степенно вступил в беседу дядя. – Дело это сложное, трудоемкое, тяжелое. Доверь работу опытным людям, а сама заряжай себе артефакты или чему вас там в приюте учили?
– Нас учили полагаться только на себя, – оскалилась я. – И правильно делали.
– В общем, так, неблагодарная девчонка. Собирайтесь все! На улице стоят сани, грузите туда свое барахло и скажите спасибо, что я вас пожалел, – рявкнул в ответ Жиньфар.
Я бы перечислила, но долго получится. А чем быстрее незваные гости уберутся, тем скорее мы вздохнем с облегчением.
– Боюсь, ничего у вас не выйдет, – с напускным сочувствием заявила я, раскатывая на свободной стороне стола свиток с договором и тут же накрывая его тонкой, но прочной пеленой льда.
На всякий случай.
– Что это? – в глазах дяди забрезжила догадка. – Ты не могла продать участок без моего согласия!
– К сожалению, нет. Но и расставаться с ним не собираюсь!
Родственнички склонились над желтоватым листом, изучая текст.
Взгляд тети почти сразу же прикипел к подписи, и лицо отчетливо побелело.
– Он же бандит! Как у вас мозгов хватило с ним связаться? – прошелестела она, готовясь упасть в обморок.
Ловить ее никто не собирался, пришлось передумать.
