В бесформенной хижине, где не было места для удовольствия ни за какими бы деньгами, гостья смотрела на мир через тоскливые глаза и презрение. Тайринг, ее любящий друг, махал рукой, пытаясь передать ей все свои мысли: уйти, но она лишь слушала, не желая отказываться от возможности заработать даже здесь....
Какие купцы могли бы меня подвезти и к кому я приехала.
Не потащится же юная девица в одиночку в никуда! Тем более при наличии брата и друзей. Значит, какие-то у меня должны быть знакомые. Важное дело, ради которого сорвалась и рискнула рвануть в другой город, выдумать не сложно. Все в Вальмарке знают, что род Фроствикнацелился на наше имущество. Договор с господином Бергвиком – это прекрасно, но дополнительная поддержка не помешает. Как раз на случаи нападения и мелких пакостей должен быть кто-то, способный нас защитить.
Другой вопрос, что я в защите не нуждаюсь, сама накажу идиотов, посмевших посягнуть на мою собственность. Но стражам же этого не объяснить!
Мне и так придется вертеться ужом, чтобы отмежеваться от нелегальщины. Ведь первым вопросом наверняка будет: «Не причастны ли вы к тайному провозу запрещенки?» Что бы там не волокли за собой преступники, но точно не обычные товары в лавку.
И на слово в участке вряд ли поверят.
Мы шли и шли.
Относительно благополучный район остался позади, вновь потянулись низкие насыпи землянок, вокруг которых холмами высились самодельные теплицы.
Выращивать еду самостоятельно хоть понемногу старались все. Если только покупать на рынке, недолго и разориться.
Но далеко не все приживалось.
Да и не разгуляешься на участке в сотку.
Хватит на то, чтобы поддержать силы в тяжелые времена, но недостаточно, чтобы прокормить большое семейство. А жили в таких землянках общинами, то есть несколько поколений под одной крышей. Престарелые родители, их дети с семьями, внуки, а то и правнуки. Каждый участочек – человек двадцать, не меньше.
«Королевские кущи» без прибыли не останутся точно. И приюты не исчезнут.
Отлично все продумано.
Я начала сомневаться, не собираются ли меня закопать где-нибудь в сугробе от греха. Не получится, конечно, но попытаться-то могут.
Тут мы и пришли.
Никаких убежищ, тайных арен и прочего мне не показали. Обычная заброшенная землянка без парника, занесенная снегом. Лишь узкая дорожка, недавно прокопанная, выдавала присутствие в ней людей.
Демонстративно выдавала.
