— Послушайте, Василь Вениаминыч… откуда вам моя кличка известна? Вы ведь мне ее позже придумаете. Или она у вас уже заготовлена?..
— Я давал вам время, — сказал тот, растирая с мороза руки. — И тебе, и Прелести. Разве нет?… Вы сидели, всю дорогу трепались. Пока к бункеру ехали, — пояснил Лопатин.
— Бункер? Может, я этот экзамен еще не сдам!
— Сдашь. Куда ты денешься…
— То есть вы тоже сюда вернулись?… Как я?…
Василий Вениаминович сел за стол и принялся набивать трубку.
— Вот ты и дошел до самого начала, Шорох…
— Вы мне все объясните, — твердо сказал Олег.
— Естественно. Но если немного подождешь, вопросов у тебя не останется.
Олег прикурил вторую сигарету и проверил часы.
— Зачем нужно это идиотское испытание? — спросил он. — Это же фикция! В школе вашей я не учился… что мне проверять?
— Испытание, — подтвердил Лопатин. — Увидишь, увидишь.
— Я тут на своем дне рождения побывал, — с усилием выговорил Олег, присаживаясь напротив. — Нету ничего… Ни рождения, ни самого меня…
Василий Вениаминович болезненно поморщился, и Шорохову стало ясно, что он не ответит и на это.
— Еще столкнулся с Лисом добавил Олег на всякий случай. — Тоже в семьдесят восьмом.
— С кем ты столкнулся?
— С оператором Лисом. В семьдесят восьмом году отряд не распускали? — уточнил Шорохов.
— Мой отряд? Распустили?! Что за чушь?…
— А где же ваши опера? Мы с Прелестью ни одного не видели.
— Вам и не нужно. У вас… свой отряд. Отдельный.
— И вы — наш отдельный координатор… Лопатин неопределенно изогнул брови.
— Что это за дерьмо, Василь Вениаминыч? Что вокруг происходит?! Вы будете говорить или нет?
— Подожди еще минутку.
Олег ничего не понимал. «Минутка»… Что изменит-то? До теста еще далеко. Что может решить какая-то минута?…
На площадке остановился лифт. Шорохов не засекал, но, наверное, как раз минута и прошла, прежде чем в квартиру внесли носилки с пристегнутым пологом. Плотная ткань закрывала все, кроме лица, и это было лицо Аси.
Олег ринулся в прихожую.
— Все в порядке, — спокойно ответил Лопатин. — Ася спит.
Шорохов проследил, как двое операторов перекладывают ее на кровать — туда, где вскоре должен был проснуться он сам.
С лестницы показался запыхавшийся курьер Дактиль с потрепанной коробкой. В коробке, насколько Олег помнил, был не телевизор, а прибор для программирования клонов. Дактиль тоже вошел в комнату и поставил прибор у постели.
Олег через коридор глянул на Лопатина. Тот покивал — мол, нормально, нормально.
— Не волнуйся. Все люди засыпают. Иногда под уколом. Ничего страшного.
— А для кого программатор? Зачем вы ее усыпили? Она вам что?… Кошка, что ли?!
Олег убедился, что его помощь не требуется, и вернулся на кухню.
— Василь Вениаминыч!..
— Забудь о ней, Шорох. Прелести больше нет.