Она ненавязчива, у нее много своих интересов.
Тогда почему, чем дольше размышляю обо всем этом, тем более тошно мне становится?
В квартиру Марины проскальзываю как мышь, всей душой надеясь, что подруга уже спит. У меня нет никаких сил общаться, и я еще не решила что говорить, а что нет, по поводу того как прошел вечер.
Дело не в Абрамове, о том, что я закончила вечер в его квартире даже заикаться не собираюсь… Не хочу и не могу об этом говорить!
Но про инцидент на танцполе и Николая как можно умолчать?
Очень рассчитываю, что мы поговорим уже утром, когда хоть немного приду в себя.
Тихонечко проскальзываю в ванную, срываю с себя платье, встаю под душ. Между ног все мучительно ноет, не дотронуться. Для меня эта боль лишнее напоминание об огромной ошибке, что я совершила. Как же я зла на себя! За то что поддалась возбуждению, и ничуть не меньше — за то что не могу относиться ко всему проще. Марина вообще не против секса за деньги и получает от этого удовольствие…
Что же со мной не так?
Стыд просто убивает, он мучителен, как и обида. Словно Кирилл мне наобещал кучу всего, любовь до гробовой доски и прочее. Полная чушь.
Он ничего не обещал. Более того, не скрывал никогда своего чисто физического интереса…
Одно радует — в моих силах избегать его как только возможно.
Выливаю на себя полфлакона геля для душа и остервенело тру кожу мочалкой. Словно это сможет хоть чем-то помочь…
— Идиотка, — цежу сквозь плотно стиснутые зубы. — Так тебе и надо.
Царапаю кожу ногтями, словно стараясь наказать себя. Подтвердила все его мысли о себе, показала, что легкодоступна. Что магнату никто не может отказать…
Выхожу абсолютно опустошенная, измученная. Самое паршивое — меня преследуют картины нашей близости. Совершенное мощное тело магната. Его огромные ручищи, его твердый рот, его пронзительный взгляд.
В своей комнате падаю на кровать, даже толком не высохнув. Стоит только залезть под одеяло — в комнату входит Марина.
— Привет, Тамина. Я тебя ждала.
Голос у нее какой-то странный. Поймав ее взгляд понимаю, что он уже в курсе… Знает обо всем.
— Прошу, давай поговорим завтра, — смотрю на нее умоляюще. — Я сейчас…
— Нет, Тамина. Уж извини, но я не умею откладывать на потом, — горько произносит Марина. — Я, знаешь ли, баба простая, не чета княжнам…
— Что ты такое говоришь? — смотрю непонимающе.
— Пытаюсь высказать что чувствую. Я попросила тебя об услуге и страшно была благодарна за помощь. Говорила себе, какая ты хорошая, отзывчивая.