Автор
Доброе утро, чудесный мир! Я пробегаю через турникет с живым задором и жестами. Коллеги из отдела Миша Кологривый и оперативный дежурный Сенечка Юрьевич реагируют на меня по-разному: один издевается, другой приветливо машет.
— Если ты специально… то я…
Пытаюсь вырваться и обернуться, но сильные руки вдруг резко привлекают меня к себе, а в приоткрытый от возмущения рот врывается такой знакомый и такой одновременно забытый вкус...
Глава 30
— Там ведь нет никого, да? — шиплю сквозь зубы.
По телу грозовые молнии расходятся. Хочется на него злиться, но я чисто физически не могу. Горячий язык Бойцова всегда лишал меня рассудка. С первого поцелуя. И потом… всегда, где бы на моем теле майор этим самым языком ни орудовал.
Сейчас я совсем не готова противостоять им обоим.
— Конечно, есть, Лер, — отстраняется он. — Я же не бессмертный, чтобы просто так…
Резко обернувшись, обнаруживаю в нескольких метрах от нас откашливающуюся Лизу.
— А я все догнать вас не могу, — произносит она, заливаясь пурпурной краской.
— Что-то случилось? — пытаюсь не обращать внимания на то, что Тимур крепко прижимает к себе сзади.
— Нонна Леонидовна просила передать, что сегодня у Риммы Харисовны весь день расписан.
— У нее гости? — спрашивает Тимур, проезжаясь колючим подбородком по моей шее.
Демонстративно целует. Лиза вот-вот дар речи потеряет от шока. Я все же отодвигаюсь, чтобы хоть немного заставить мозги работать.
— Нет, гости все только к Нонне Леонидовне, — отвечает помощница. — А у Риммы Харисовны массаж и процедуры. Поэтому завтра. Хозяйка сказала всё завтра.
— Хорошо, — соглашаюсь.
Дождавшись, пока Лиза отправляется в обратную сторону, снова смотрим друг на друга."
"— Ты что-нибудь понимаешь? — спрашивает Тимур.
— Нет. Как-то быстро хозяйка в замке сменилась.
— Вообще-то, прошло полгода.
Оказавшись в нашей комнате, Бойцов меня снова обнимает. По-медвежьи, вместе с предплечьями, покрывает мелкими поцелуями шею.
— Не надо, Тимур, — шепчу, пытаясь выбраться из кольца сильных рук. — Да что с тобой такое? Мы ведь не за этим здесь.
Дышать им невыносимо. Я знала, что ехать сюда чревато душевными потрясениями, поэтому так долго брыкалась.
Нет. Не так. Дышать и знать, что он чужой — ужасно.
Когда я с трудом, но все-таки освобождаюсь, Тимур тихо ругается.
— Почему? Что не так? — зло спрашивает.
Поправляю футболку и отхожу к окну.
— Я не понимаю. Что не так? Чего ты хочешь, Лер?
— Не знаю…
Закусываю губу.
Полгода молодцом держалась.
Просто реально в один момент поняла, что я не буду драматизировать эту жизнь.
