Весной 1945 года майор Федор Седых привозит в батальон молодую немку-беженку Линду и поселяет её рядом со своей комнатой. Этот дерзкий поступок вызывает волну скандала и осуждения среди офицеров. Перед героями встанет испытание любовью и долгом в последние дни войны.
Раздел Chitat.online для книги «Майор и волшебница» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Весной 1945 года майор Федор Седых привозит в батальон молодую немку-беженку Линду и поселяет её рядом со своей комнатой. Этот дерзкий поступок вызывает волну скандала и осуждения среди офицеров. Перед героями встанет испытание любовью и долгом в последние дни войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Весной 1945 года майор Федор Седых привозит в батальон молодую немку-беженку Линду и поселяет её рядом со своей комнатой. Этот дерзкий поступок вызывает волну скандала и осуждения среди офицеров. Перед героями встанет испытание любовью и долгом в последние дни войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
В конце-то концов, первыми штрафбаты придумали немцы, а мы подхватили идею лишь через несколько месяцев…
Операции, подобные нашей, всегда обставляются с максимальной убедительностью, чтобы немцы быстрее поверили и стали играть под нашу дирижерскую палочку, а не под свою. Поэтому делалось все, что возможно, даже, пожалуй, с некоторыми перехлестами, но кашу маслом не испортишь…
Три зеленые ракеты – и отлаженная мясорубка завертелась. Сначала чуть ли не на бреющем над нашим флангом пронеслись три тройки «ИЛ-2», и «горбатые», как они это умели, добросовестно утюжили и передний край немцев, и их вторую линию обороны. А там, не давая немцам передышки, заработала наша артиллерия – причем две трети ее было сосредоточено против их левого фланга. Тоже поработали неплохо – дым и пламя…
Ну а потом настала наша очередь… Минного поля немцы то ли не успели поставить, то ли не нашлось должного количества мин – у них на нашем участке, по данным разведки, скверновато обстояло со всевозможными боеприпасами. Что нам было только на руку – у нас-то недостатка не было, особенно в моем батальоне и у штрафников…
Сначала я послал в атаку все свои семь полугусеничных бронетранспортеров, набитых бойцами, как трамвай пассажирами в час пик. Один какая-то уцелевшая от бомбежки и артобстрела сука подбила из «панцерфауста», но угодило в капот, а он здоровенный, и пока мотор помаленьку загорался, солдаты успели выскочить. Стрелка (и второго, уже вскинувшего на плечо трубу «фауста») срезал пулеметчик, и штурмовая группа человек примерно из ста оказалась в немецком окопе. Ну а потом подошли остальные – и штрафники, выдвинулась моя артиллерийская батарея и пулеметная рота. И пошли мы ломить, как шведа под Полтавой, дойдя в конце концов до второй линии немецкой обороны, прорвав и ее в двух местах.
Сколько времени прошло – не знаю. В таких случаях никогда за временем не смотришь. Однако настал момент, когда моему радисту стали поступать долгожданные донесения с других участков – купились немцы, как уже было не раз! Поверили, что мы и есть ударный кулак, и стали стягивать свои, стоявшие против нас, подкрепления, изрядно оголяя свой левый фланг, оголяя помаленьку… Но мы и тогда не сбавили напора, чтобы не дать им ничего переиграть. Мы были ударным кулаком, главные силы – и точка! А потери… Как всегда, мы обязаны были потерь не считать…
И когда стало ясно, что немцы безнадежно увязли, стянув свои главные силы вокруг того, что они считали нашими главными силами, последовало то, ради чего все было и затеяно: на немецкий левый фланг пошла лавина брони. Впереди – самоходки, и это была разумная предосторожность: на левом фланге оказались три «королевских тигра» – видимо, все, что немцы смогли наскрести.
