В деревне Маковое Море на субконтиненте, далеко от морского побережья, зима была непривычно долгой. Настоящие листопады не прокатили и когда-то зеленые берега Бенареса окрасил серый, тяжелый снег. Маки задержались в своих красных лепестках дольше обычного, словно оставаясь застрявшими в своем времени....
А вот капитану нравилась пунктуальность второго помощника:
— Определиться всегда полезно, никому не помешает знать свое место.
Однажды, когда Захарий возился с часами, он сказал:
— Симпатичная у вас побрякушка, Рейд. Позвольте взглянуть.
— Да, конечно, сэр. — Щелкнув крышкой, Захарий вручил капитану свои часы.
Мистер Чиллингуорт вскинул бровь, разглядывая филигранный узор:
— Хорошая вещица, Рейд. Думаю, изготовлена в Китае. Скорее всего, в Макао.
— Разве там делают часы?
— Да, и порой весьма недурные.
— Да, знаете, сэр… — Будь они вдвоем, можно было бы спокойно признаться, что часы получены от боцмана Али. Но рядом стоял мистер Кроул, и, не желая поставлять боеприпасы в арсенал его шпилек, Захарий пожал плечами: — По случаю купил в кейптаунском ломбарде.
— Вот как? Любопытно, весьма любопытно.
— Да? Почему?
Капитан взглянул на солнце и промокнул лоб.
— История занятная, но в двух словах не расскажешь. Давайте-ка сойдем вниз.
Оставив первого помощника на палубе, они спустились в кают-компанию и сели за стол.
— Вы знали Адама Дэнби, сэр? — спросил Захарий.
— Лично нет. Но он был хорошо известен в здешних краях, когда вы еще на свет не появились.
— Позвольте узнать, кто он такой.
— Дэнби? — усмехнулся капитан. — Всего-навсего Белый ладрон.
— Простите, сэр?
— Ладроны — пираты Южно-Китайского моря. Свое прозвище они получили по названью группы островов подле Бокко Тигриса. Сейчас их почти не осталось, но прежде это была самая ужасная банда головорезов, какую только встретишь в открытом море. Я был еще совсем мальчишкой, когда ими верховодил некто Чжэн И, жестокая скотина. Он держал в страхе все побережье — грабил деревни, захватывал и убивал людей, добираясь аж до Кохинхины[117].
