В деревне Маковое Море на субконтиненте, далеко от морского побережья, зима была непривычно долгой. Настоящие листопады не прокатили и когда-то зеленые берега Бенареса окрасил серый, тяжелый снег. Маки задержались в своих красных лепестках дольше обычного, словно оставаясь застрявшими в своем времени....
Когда Бхиро Сингх выводил осужденных на ежедневный «променад мерзавцев», первый помощник участвовал в забаве и подбадривал субедара, палкой погонявшего узников:
— Врежь от души, Брюхан! Дай им хорошенько! Пущай растрясутся!
Иногда он даже подменял приятеля и веревкой стегал заключенных по ногам, заставляя их подпрыгивать в такт песенке:
Джек, пройдоха и сластена,Шибко любит торт слоеный.Мигом слопает пирогИ домой прыг-скок, прыг-скок.Сии развлечения устраивались только на дневных прогулках, и потому для узников стало полной неожиданностью, когда однажды ночью в камере появились два охранника, известившие, что Берра-малум требует их на палубу.
— Зачем? — спросил Нил.
— Поди знай, — буркнул конвоир. — Они там на пару грог хлещут.
Устав предписывал выводить узников в кандалах, и охранники были очень недовольны морокой, свалившейся на них посреди ночи.
— Чего им нужно? — опять спросил Нил.
— Они уж совсем окосели. Хотят развлечься.
— А мы при чем?
— Я-то откуда знаю? Не дергай лапами, хрен акулий!
Путь на палубу лежал через ласкарский кубрик с чащобой гамаков, напоминавших низко висящие осиные гнезда.
— Висельники поносные…
— Яйца вам поотрывать…
— Гляди, куда прешь…
Лязгая кандалами, узники миновали фану и вышли на бак, где верхом на кабестане восседал мистер Кроул.
— Где вас носит, урки? Вам еще рано спать.
Заплетающийся язык помощника свидетельствовал, что оба уже не раз приложились к оловянным кружкам, которые держали в руках. Встреча с этой парочкой не сулила ничего хорошего даже в ее трезвом состоянии, а сейчас и подавно. В животе Нила екнуло, однако он отметил необыкновенную красоту моря в лунном свете.
Шхуна шла правым галсом, переваливаясь с боку на бок в согласии с надувавшимися под ветром парусами.
— Куда вылупился, Джек?
Веревка больно стегнула по икрам, вернув Нила к действительности.
— Прошу прощенья, мистер Кроул.
— Для тебя «сэр», хер пеликаний.
— Извините, сэр, — сдерживаясь, выговорил Нил.
Осушив кружку, помощник протянул ее субедару, и тот плеснул ему из бутылки.
