— Так лучше?
— Да, если это правда, — сглотнув, кивает Эйнин, недоверчиво всматриваясь в моё лицо.
— Я никогда не лгу о том, что чувствую, Медина, — серьёзно отвечаю я. — И о том, что вижу — тоже.
— Ты больше не злишься на меня? — слабым неуверенным голосом спрашивает она, я зарываюсь пальцами в ее волосы, рывком привлекая к себе.
— Я в бешенстве, Рика, но это не отменяет всего, что я сказал, — яростно рычу я, почти касаясь ее губ.
— Ты сумасшедший. Мне никто не нужен, кроме тебя, — отчаянно выдыхает Эйнин, обжигая меня своим горячим дыханием.
— Зафиксируй эту мысль, выучи наизусть и вспоминай, когда в твоей красивой головке снова появится очередная сумасбродная идея по спасению мира, — металлическим тоном чеканю я. — Ты поняла меня, Эрика?
— Да, Джамаль, — едва слышно отзывается она. Ее покорность усыпляет растревоженных демонов внутри, действует как анестезия на агонизирующую рану.
— Очень хорошо, Эйнин, — удовлетворённо киваю я, нежно провожу тыльной стороной ладони по ее щеке, спускаюсь к груди и задеваю твердый сосок. — Почаще говори мне «да», — раздвигаю губы в сексуальной улыбке, снова поддевая ее подбородок пальцами и заставляя смотреть мне в глаза. — Порепетируем?
— Да, — поспешно соглашается Эрика. Ее глаза распахиваются шире, когда моя рука, скользнув по втянутому животу, добирается до ее горячих складочек. Замирает напротив пульсирующего клитора. Она уже чертовски мокрая, готовая для меня. Я несильно хлопаю кончиками пальцев по влажной плоти, и она жалобно всхлипывает, призывно выгибаясь. Бл*дь, я еще не видел более чувственной и сексуальной девушки. Вздыбленный член болезненно ноет, уговаривая меня взять то, что само плывет в руки, точнее жаждет насадиться на него.
— Хочешь, чтобы я продолжил, Эйнин? — провокационно спрашиваю я, наблюдая как темнеет бирюзовая радужка любимых глаз. Она опускает трепещущие ресницы в знак согласия, пройдясь розовым язычком по пересохшим губам. Резко наклонив голову, я ловлю его губами и втягиваю в свой рот, посасываю, как любимое лакомство, отпускаю, чтобы с глухим рыком следом ворваться между послушно открытых губ. Эрика стонет, хватаясь за мои плечи, инстинктивно двигает бедрами, потираясь промежностью о мои неподвижные пальцы.
— Вслух, Эйниц, — разрывая поцелуй, хрипло требую я.
— Да, я хочу, чтобы ты продолжил, — шепчет она, и шумно втягивает воздух, когда я начинаю растирать ее клитор быстрыми круговыми движениями, неотрывно наблюдая за сменой эмоций на охваченном удовольствием лице.
