Автор
Лили чувствует глубокую пустоту в сердце после потери отца. Ее мир рушится, и она не знает, как справиться с этим огромным悲哀。在这样一个时刻，即使她再相信，也无法听到来自另一个生命的温暖慰藉——“你依然是我的骄傲和心中的小仙女”。只有自己的内心告诉她：从今以后，父亲不会再有任何地方出现。这种绝望感让她感到仿佛时间静止，四周变得阴郁而沉重，每个角落都弥漫着无法言喻的悲伤。...
Гоголя, „Бедность не порок“ А. Островского». «Вишневый сад» не упомянули, но наверняка разрешат как пьесу, отвечающую воспитанию революционного духа! У Дины был бы очень счастливый день, если бы не Прищепка, личная Динина врагиня.
Здание школы было частично разрушено, в левое крыло вход был закрыт, опасались, что дети провалятся в щели, выпадут из окон с выбитыми рамами, попадут под падающую балку... кроме того, в школе не хватало учебников, не хватало бумаги, ручек, карандашей. Дине казалось, что в таких сложных условиях все учителя должны встать единым фронтом, чтобы хоть как-то учить детей, чтобы дети не страдали от разрухи, но нет, никакого единого фронта, ничего такого.
В школе кипели шекспировские страсти. Учителя разделились на две партии -старые учителя и новые, члены партии, большевики. Но разделились они на старых и новых не столько по идеологическому признаку, внешне старые учителя были лояльны к власти, а по своему отношению к переменам, к новой, советской, школе, – новые произносили это с гордостью, старые пренебрежительно.
Новые учителя хотели все прежнее решительно разрушить, старые хотели все прежнее решительно сохранить и хотя бы втайне, украдкой, учить «как было». У старых все вызывало бешенство, все раздражало – совместное обучение мальчиков и девочек, отмена Закона Божьего, бесконечные путаные указания... Указания были одинаковы – все отменить. Отменить отметки, наказания, домашние задания, отменить экзамены, не делить учеников на классы, отказаться от предметной системы преподавания, водить школьников, как солдат, на работу в ремесленные мастерские вместо учебы.
Старая школа с ее муштрой и наказаниями была нехороша, новая школа без отметок, классов и предметов никуда не годилась, так что это была борьба плохого с еще более ужасным.
