Кивнув, я подошла к столу. Отодвинув грязные тарелки и бутылки, развернула два документа – ту самую дарственную и мой паспорт.
У меня был еще один свиток, подтверждавший, что я непричастна к мятежу Лилий, но доставать его я не спешила. Попросят – покажу, а так – зачем бежать впереди паровоза?
Как оказалось, «паровоз» порядком запаздывал.
– Читать-то умеешь? – поинтересовалась я у Леннарта, потому что тот, пристроив арбалет на боку, уж очень долго и старательно водил пальцем по строчкам дарственной, шевеля губами. – Если что, могу помочь.
– Не надо! – отозвался он резко, и в его глазах промелькнуло что-то… Что-то такое, что мне нисколько не понравилось. – Значит, у «Сквозняка» появилась новая хозяйка? – Это он произнес крайне язвительным тоном, а затем оглядел меня с ног до головы. – Интересно, каким же чудесным образом это произошло? Не припоминаю, чтобы у старины Джона водились хорошенькие племянницы… Если только он не сошел с ума на старости лет и не потерял голову от очередной красивой мордашки… Но, видимо, все-таки сошел, раз уж перед этим примкнул к Лилиям!
– На этот раз я прощу тебе и «красивую мордашку», и твое недоверие, – сказала ему спокойно. – И арбалет, наставленный на меня и мою дочь, я тоже тебе прощу. Но только сегодня, потому что мы все немного не в себе. – Что же касалось меня, то таких «не в себе» еще нужно было поискать! – На твой вопрос я отвечу так: подробности передачи собственности к делу не относятся, а вот дарственная как раз относится. Так что теперь я – полноправная хозяйка «Сквозняка».
Забрала документы и, аккуратно их сложив, снова сунула их в лиф платья.
– Значит, хозяйка! – усмехнулся Леннарт. – Ну, раз так, то хозяйке понадобится управляющий, хотя я не уверен, что она, – окинул меня с ног до головы, задержавшись на заляпанном кровью и пыльном подоле, – сможет себе это позволить. А деньги нам бы не помешали, потому что последнее время дела в таверне идут из рук вон плохо.
– Я вижу, – сказала ему. – Особенно это становится заметным, когда работники начинают пить то, что принадлежит хозяину, чтобы скрасить плохие времена. Но этой ночью будем считать, что у нас осадное положение, так что ничего менять я не стану. Вы можете продолжать свое застолье. Зато завтра утром мы начнем новую жизнь…
– Это вряд ли! – усмехнулся Леннарт. – Ничего не изменится, и новая жизнь уже не настанет. «Сквозняку» настал конец, когда Джон Грехем перешел на сторону Лилий. Он не собирался ничего скрывать, раструбив на каждом углу.
