– Позвольте мне, госпожа! – произнесла Мария, до этого молчаливо наблюдавшая за нашей беседой с Леннартом, а потом за моими попытками разобраться с одеждой дочери.
И я позволила, извинившись за то, что все еще немного не в себе.
– Муж погиб, – сказала ей. – Затем меня несколько часов подряд допрашивали в цитадели. Маги что-то сделали с моей головой, из-за чего я… – Не договорила, но Мария понятливо покивала. – Наверное, Анаис там и простыла, в их казематах… Или же все еще не может оправиться после того, что увидела.
Потому что все произошло на ее глазах.
– Бедная деточка! – произнесла Мария с жалостью. Затем добавила: – У меня тоже есть сын, но он, слава Богам, уже вырос и обзавелся собственной семьей. А муж мой давно сгинул… Зато у Эмилии с Олафом есть мальчишка примерно такого же возраста, как ваша дочь.
– Анаис, – подсказала я. – Ее зовут Анаис. Значит, будет ей друг. – Затем добавила: – Маги Клинков хорошо поковырялись у меня в голове, но, по крайней мере, они удостоверились, что я не причастна к заговору, и меня отпустили. Правда, после этого у меня все еще путаются мысли. Я многое забыла, но надеюсь, что очень скоро это пройдет.
Соврала, понимая, что ничего уже не пройдет и, скорее всего, я больше ничего и не вспомню о жизни в этом мире, потому что связь с настоящей Лорейн оборвалась еще у особняка на улице Острых Клинков.
Но это было пусть завалящее, но все-таки объяснение моим странностям.
Тут в комнату, постучав, вошла Эмилия. Принесла небольшое блюдо с водой и глиняную кружку с дымящимся отваром. Поставила все на стол, где совсем недавно я показывала Леннарту дарственную, и уставилась на меня вопросительно.
Я же, взглянув, как Мария раздевала мою дочь, а Анаис хныкала в полудреме, спросила у Эмилии:
– Те две девицы внизу, кто они такие? Не сказать, что они похожи на кухарок.
– И на подавальщиц они тоже не слишком похожи, – ворчливо отозвалась Мария. – Это Анья и Фрея. Они с севера, из Зардана, приехали в столицу на заработки. Устроились неподалеку, в «Тетушку Хло». Это… – она поджала губы.
– Я знаю, что это такое, – сказала ей. – Видела по дороге. Там было довольно весело. Странно, почему же тогда они здесь, в «Сквозняке», а не в своем заведении?
– Жалуются, что их постоянно обижают другие девчонки. Избивают и требуют, чтобы они убирались в свой Зардан. Поэтому, пользуясь добротой Джона – а он всегда был слишком добр и доверчив! – они стали приходить сюда.
– Подрабатывали? – поинтересовалась я.
