Автор
Белье охладил вино: мы приехали домой через долгую рабочую неделю, и это было самым теплым моментом возвращения. Отчаянно пытаясь держать наши отношения на поверхности, я заметила, как заботы стали давить на междугородную связь, но надежду сохраняла — она не могла полностью угаснуть....
Ничего об этом не помню, — холодно произнес он.
Я крепко сжала кулаки и сцепила челюсти. Он снова смотрел на меня тем же взглядом, как и в день развода. Какая же глупая, приехала к нему, думая, что он…
Резко развернулась, чтобы выйти из палаты.
— Вот так уйдешь? Зачем тогда приезжала? Узнать, перепадет ли тебе что-то после моей смерти?
«Он бьет меня этим словами намеренно. Хочет причинить боль», — промелькнуло в голове.
— Какой же ты мерзавец… — я остановилась."
"— Есть немного. Но раз уж ты проделала такой путь, может быть, задержишься? Тебе ведь есть, что мне рассказать, Валерия? — он смотрел в глаза таким глубоким взглядом, и мне казалось, что читал меня в этот момент, как открытую книгу.
«Он знает, — застучало в висках. — Знает мою тайну!»
3
— Подойди, Лера, — попросил он тихим и вкрадчивым голосом. — Почему ты так дрожишь?
Я сделала всего лишь шаг, а Олег схватил меня за руку и притянул к себе. Выражение его лица было таким, что я тут же почувствовала тревогу и пожалела, что не ушла, как и собиралась.
— Что ты делаешь? — сердце бешено застучало в груди, а кровь прилила к вискам.
— Решила продолжать строить из себя оскорбленную благодетель?
Задохнувшись от боли, которая прострелила грудь, я ощутила, как задрожали мои колени.
— Что молчишь?
— Отпусти меня, Олег, — справившись с шоком, зло проговорила я, но он лишь крепче сжал мое запястье, а в его глазах полыхнула ненависть. — Мне сказали, что ты на грани жизни и смерти. Ты сам позвал меня, поэтому я приехала.
— При других? Этот ребенок мой или Муратова? — вдруг спросил он.
Новая волна боли сбила меня с ног и, не удержавшись на них, я оказалась на краю кровати. Олег прожигал меня темным взглядом.
«Отца Миланы?» — мне словно отвесили звонкую пощечину, а в глазах начало сильно жечь.
— Ты явно не в себе! — я вырвала свою руку.
Так, значит, он знал о ребенке? Но как давно?
— Это мой сын — только мой! И ничей больше, — в сердцах проговорила я и совершенно была не готова к такому повороту событий.
— Я ведь сделаю тест на установление отцовства, и если оно подтвердится, то, как, ты думаешь, я поступлю в этой ситуации?
Олег всегда был холодным и сдержанным человеком, умел принимать правильные решения, поэтому и добился очень многого в бизнесе. И сейчас у меня возникло ощущение, что мы разговаривали не о ребенке, а об его очередной сделке.
— Незадолго до аварии я узнал, что ты родила мальчика.
