Автор
Белье охладил вино: мы приехали домой через долгую рабочую неделю, и это было самым теплым моментом возвращения. Отчаянно пытаясь держать наши отношения на поверхности, я заметила, как заботы стали давить на междугородную связь, но надежду сохраняла — она не могла полностью угаснуть....
Потом увидел карточку, я втайне от тебя сдавала анализы все это время. Думала, что еще поживу… Лера, я рада, что ты согласилась поехать с Олегом в Москву. Я давно тебе сказала: мне все равно кого выберет твое сердце. Для меня важно, чтобы у вас с Даней было рядом надежное плечо, на которое вы всегда сможете опереться. И раз уж Олег так рад своему отцовству, то Данечке будет лучше с настоящим отцом…
— Ты же не хотела, чтобы мы были вместе! Мама! Почему ты молчала? Ну почему?
— Я боялась, что бывший муж захочет его у тебя отнять, и поэтому не торопила тебя, чтобы ты ехала к Олегу рассказывать о сыне.
— Мама… — я понимала, что добивала ее своими слезами, но и сдержать их не могла, потому что не в силах была терпеть эту боль, что рвалась наружу.
Я вышла из стен здания больницы с такой пустотой внутри, и мне стало страшно, что это чувство останется теперь со мной навсегда. Раньше я часто задумывалась, что ощущал Олег, когда с младенчества жил в детдоме без отца и матери, а теперь, кажется, понимала…
Присев на лавочку возле больницы, я вдыхала в легкие прохладный воздух и никак не могла им надышаться и прийти в себя.
"Не помню, как дошла до машины и забралась внутрь, как Рома отвез меня в парк, в котором я раньше любила подолгу гулять, когда мне было грустно на душе.
В моей сумочке без конца звонил телефон, я знала кто это был, но отвечать Олегу, а тем более разговаривать с ним сейчас не хотела. Но потом я все же взяла телефон в руки, смахнула пропущенные вызовы от бывшего мужа в строке уведомлений, и набрала Сергея.
Он ответил почти сразу, а я срывающимся, надломленным голосом, произнесла всего лишь одно слово:
— Почему?
Повисло напряженное молчание, а потом Сергей быстро заговорил:
— Лера, ты сейчас где? — он услышал, что я плакала и, конечно, же все понял.
Этот человек видел много моих слез и знал о самых глубоких страхах. И я не понимала почему он мне ничего не сказал.
Продиктовав ему адрес запинающимся голосом, я выключила телефон.
