Автор
В залитой ярким светом комнате, между разведенных ног — дикая сцена возбуждения. Антон глядит на тебя с безумными глазами, его тело напряженно прижалось к тебе, заставляя проникнуться жаром и нестерпимым желанием. Ты стремительно двигаешься, ощущая близость оргазма.
— Соскучился? — не затыкаюсь я, пока мы пятимся в спальню.
— Очень.
Мы падаем на кровать. Не разрывая поцелуя, я стряхиваю белье с лодыжки и нетерпеливо раздвигаю ноги. Антон с первых секунд задает бешеный темп и трахает меня как заведенный, вытаскивая наружу вскрики, всхлипы, стоны."
"Но мне и этого мало. Мне нужно полное обладание. Его телом, его мыслями, его всем. Я проталкиваю ему в рот пальцы, трогаю ими его язык, царапаю его плечи и говорю-говорю.
— Представлял меня, когда дрочил?
Он конечно представлял.
— Вспоминал, как трахал меня языком?
Да, он вспоминал. И да, я по-прежнему самое яркое событие в его жизни.
Ткнув лицом в подушку, он имеет меня сзади. До брызнувших слез из глаз, до спазмов и жжения в промежности. Потом не меняя позы, лижет меня там, доводя до продолжительного и громкого оргазма.
После мы лежим рядом. Моя голова прижата к его плечу, пока я изо всех сил себя убеждаю, что гештальт закрыт и я могу спокойно продолжать жить дальше. Без него.
— Мне ехать нужно, — тихо говорит Антон, глядя в потолок.
— Конечно, — отвечаю я, делая вид, что от этих слов внутри все не сжалось. С этим я как-нибудь разберусь после его ухода.
Коснувшись губами моего виска, он встает. Подобрав колени, я смотрю как Антон натягивает джинсы, и чувствую, как зажившая рана внутри меня стремительно расходится по краям, брызгая гноем. Становится даже больнее, чем было. Почему, я пока не понимаю. Возможно, потому что он выглядит закрытым и отстраненным, не источая былых нежности и трепета.
Натянув домашнюю футболку, я иду его провожать. В дверях даже сладко потягиваюсь: мол, как же отлично было наконец-то размять кости. О том, что внутри разваливаюсь на части, знать конечно не даю, предпочитая играть роль расчетливой и беспринципной телки. Захотела трахнуть понравившегося мужика — взяла и трахнула. Потому что себе разрешила.
— Я пойду. — Вымученно улыбнувшись, Антон берется за ручку двери. — Пока.
— Пока, — бодро отвечаю я, с одержимостью обсасывая тот факт, что за прощанием не последовало слов «созвонимся» или «увидимся».
Моей выдержки хватает ровно до того момента, как я дохожу до кровати. Упав головой в подушку, громко реву, так и не понимая, что именно так сильно меня подкосило. Моя психика знавала времена и похуже. Или не знала. Ведь только сейчас меня посетило стойкое ощущение, что Антон больше не появится и не позвонит.
К ночи мое состояние напоминает глубокую депрессию.
