В светлом прошлом Валентина мечтала о безоблачном браке с Рамоном, но реальность разбила ее сердце. Теперь она в одиночестве восхваляет несчастный наряд своего свекра — то ли кремовый, то ли желтоватый, словно отражение ее собственных мечт и надежд, сгнивших под холодом жизни....
— Нет, и я помню, что тариф в таком случае выше. Завтра с утра зайду за телефоном.
Аллу забрал с прилавка положенные Эленой двести евро и взял мобильник.
— К завтрашнему утру будет готово.
Уже в машине, по дороге в Турегано, Сарате решился спросить:
— Почему ты не отдала его Марьяхо?
— Мне вообще не нравится, что приходится взламывать телефон Чески. Так пусть хоть ее личные дела не обсуждают в отделе. Я знаю, она бы сделала для меня то же самое.
Глава 19"
"Снаружи было темно, в узкие, как щели, окна не проникало ни лучика света.
На мгновение ее охватила дремота. Потом дверь открылась, и вошел Хулио с миской еды в руках. Ческа так проголодалась, что по запаху определила содержимое миски еще до того, как он спустился с лестницы. Хулио принес мясо, и ей было все равно, если оно отравлено.
— Тебе повезло, сейчас поешь.
Хулио развязал ей запястья, дал пластиковую ложку и показал нечто похожее на пистолет.
— Это для свиней, чтобы их глушить. Не знаю, как на тебя подействует. Может и убить, так что лучше не нарывайся.
Ческа и не планировала, даже если бы ложка была металлической. Все ее мысли были о миске с горячим мясом и картошкой.
— Воды, дай мне воды.
Хулио протянул ей пластиковый стаканчик с водой. Когда она закончила есть, он сначала надел на нее наручники, а потом освободил ступни.
— Ты прямо готова к побегу, — засмеялся он. — Давай, иди просрись.
— Куда?
— Только не проси отвести тебя в туалет. В любой угол, тут есть сток.
Хулио ни на секунду не выпускал ее из виду. Несмотря на стыд, Ческа слушалась своего хозяина. Он решал, когда ей есть, когда ходить в туалет. Щиколотки ужасно болели; она присела на корточки и, чтобы не упасть, оперлась спиной о стену. Она даже не была уверена, что сможет подняться на ноги.
— Ты отвратительна. На китайском празднике ты мне не показалась такой чумазой.
Вода раздражала онемевшую кожу, но ощущение давала живительное. Длилось оно, впрочем, недолго.
