В светлом прошлом Валентина мечтала о безоблачном браке с Рамоном, но реальность разбила ее сердце. Теперь она в одиночестве восхваляет несчастный наряд своего свекра — то ли кремовый, то ли желтоватый, словно отражение ее собственных мечт и надежд, сгнивших под холодом жизни....
Донья Фелиса рассказала, что Фернандо всю жизнь занимался сельским хозяйством и, набравшись опыта, создал собственное предприятие. Разводил и продавал свиней. Поэтому и поехал на свиноводческую выставку в Сафру. Конфликтов он всегда старался избегать. Непонятно, что там могло случиться, полиция предположила, что его просто хотели ограбить. Как бы то ни было, домой он больше не вернулся.
— Как представлю его мертвого в гостиничном номере… — Донья Фелиса долго сдерживалась, но теперь разрыдалась.
— Вы не знаете, у вашего сына были враги?
— Враги? Да вы что, Фернандо был замечательный человек.
— Какой-нибудь конкурент, который его недолюбливал?
— Нет. Фернандо не стремился никого обойти, хотел только поддерживать свой бизнес, чтобы нам хватало на жизнь. Он всегда говорил: раз у меня нет детей, зачем нам много денег? Чтобы быть самыми богатыми на кладбище?
— Он никогда не был женат?"
"— Никогда. Была у него невеста, но больше двадцати лет назад. С тех пор он так никого себе и не нашел.
Элена вынула из сумки фотографию Чески.
— Вам знакома эта женщина?
Взяв снимок, Фелиса внимательно его разглядывала.
— Лицо мне знакомо, только не пойму откуда. А зачем вы мне это фото показываете?
Не желая вдаваться в подробности, они ответили уклончиво.
Когда они уже надевали куртки в прихожей, Элена заметила:
— Тут довольно современные квартиры, выглядят неплохо.
— Знаменитая застройка Посеро. Они хорошо спроектированы, но вначале о них ходила дурная слава, так что квартал заселялся медленно.
— Да, я слышала такое. А где вы с сыном жили раньше, здесь в Сесенье?
— Нет, в Турегано, под Сеговией. Сами-то мы из Мадрида, но мужа перевели туда, когда Фернандо еще был маленьким; там он и умер… — И тут ее осенило: — Конечно, вот откуда я знаю женщину с фотографии. Это же сестра Хуаны! Не помню, как ее зовут.
Факс с жутким скрежетом выплюнул документ, которого ждал Буэндиа. Тот забрал бумагу и подошел к Марьяхо.
— Наконец-то. Судья Орсина разрешает нам войти в дом Иоланды Самбрано.
Марьяхо не отвечала. Она сосредоточенно просматривала видеозапись из Сафры. На экране компьютера сменялись увеличенные кадры.
— Слышишь? Надо сказать Элене.
Марьяхо потерла глаза и посмотрела на Буэндиа с испугом. Он сразу понял, что у хакерши плохие новости.
— Я нашла отражение в стекле картины на стене. С помощью фоторедактора убрала блики. И вот результат.
Буэндиа посмотрел на экран.
— Это рука.
— Приглядись к часам на запястье.
