Сборник редких произведений Сергея Довлатова раскрывает неизвестные грани творчества писателя. В книге собраны малоизученные тексты, личная переписка с друзьями и воспоминания современников о его жизни. Фотографии дополняют портрет одного из самых острых и честных голосов русской литературы...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Малоизвестный Довлатов. Сборник»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Сборник редких произведений Сергея Довлатова раскрывает неизвестные грани творчества писателя. В книге собраны малоизученные тексты, личная переписка с друзьями и воспоминания современников о его жизни. Фотографии дополняют портрет одного из самых острых и честных голосов русской литературы...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник редких произведений Сергея Довлатова раскрывает неизвестные грани творчества писателя. В книге собраны малоизученные тексты, личная переписка с друзьями и воспоминания современников о его жизни. Фотографии дополняют портрет одного из самых острых и честных голосов русской литературы...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Снова опер жаловался, понимаешь… Никаких костров, никаких перекуров… Родственников гнать! Сахара кусок найду при шмоне — увольнения лишитесь, ясно?
— Ясно! — выкрикнул Рябов.
— Все будет о'кей, — заверил Гаенко.
— И с зэками, говорю, построже.
— Да я бы передушил их, гадов! — сказал Андрюха.
— Это точно, — подтвердил Васька Рябов.
— Можете идти.
Друзья козырнули и вышли. Вслед им раздавалось:
От Москвы и до КалугиВсе танцуют буги-вуги…Роль
Около двенадцати спиртное кончилось. Лида достала из шкафа треугольную коробку с надписью «Русский бальзам».
Дорожинский повертел в руках крошечные бутылочки и говорит:
— Это все равно, что соблазнить малолетнюю…
Дорожинскому было пора идти, он нам мешал. Сначала я думал, что ему нравится Лида. Но когда он поинтересовался — где уборная, я решил, что вряд ли. Просто он не мог уйти. Знал, что пора, и не мог. Это бывает…
На кухне был диван, и Лида предложила:
— Оставайся.
— Нет, — сказал Эдик, — я буду думать, чем вы там занимаетесь.
— Не говори пошлостей, — сказала Лида.
— А что я такого сказал? — притворно удивился Дорожинский.
Он заявил, что хочет выкурить сигарету. Все молчали, пока он курил. Я оттого, что злился, а Лида всегда была неразговорчивой.
Я боялся, что он захочет чаю."
"Наконец Дорожинский сказал: «Ухожу». Затем, уже на лестнице, попросил стакан воды. Аида достала «Нарзан», и Эдик, стоя, выпил целую бутылку…
— Ушел, — сказала Лида, — наконец-то. Мне ужасно хотелось побыть с тобой наедине. Знаешь, что я ценю в наших отношениях? С тобой я могу помолчать. С остальными мужчинами все по-другому. Я знаю — от меня чего-то ждут. И если угощают, например, шампанским, то это ко многому обязывает. А с тобой я об этом не думаю. Просто хочу лежать рядом и все…
— Хорошенькое дело, — сказал я.
— Глупый, — рассердилась Лида, — ты просто не в состоянии оценить…
С Лидой у меня все это продолжалось год или чуть больше.
Работала она бортпроводницей. К своей работе относилась чрезвычайно добросовестно. Работа для нее была важней любви.
В этом смысле Лида напоминала актрису или балерину. Будущее для нее определялось работой. Именно работой, а не семьей.
Иногда ей приходилось летать двенадцать часов в сутки. Она смертельно уставала. Вернувшись, могла думать только о развлечениях.
Как выяснилось позже, она меня не любила. Но я звонил ей каждый день. Лишал ее возможности увлечься кем-нибудь другим.
Лида была привлекательна, этого требовала работа стюардессы. В ее привлекательности был какой-то служебный оттенок. Высокая и стройная, Лида умело пользовалась косметикой. Она следила за ногтями и прической. Случись пожар — она не вышла бы из дома в штопаных чулках.
Голос у нее был одновременно ласковый и требовательный.
