Сборник редких произведений Сергея Довлатова раскрывает неизвестные грани творчества писателя. В книге собраны малоизученные тексты, личная переписка с друзьями и воспоминания современников о его жизни. Фотографии дополняют портрет одного из самых острых и честных голосов русской литературы...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Малоизвестный Довлатов. Сборник»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Сборник редких произведений Сергея Довлатова раскрывает неизвестные грани творчества писателя. В книге собраны малоизученные тексты, личная переписка с друзьями и воспоминания современников о его жизни. Фотографии дополняют портрет одного из самых острых и честных голосов русской литературы...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник редких произведений Сергея Довлатова раскрывает неизвестные грани творчества писателя. В книге собраны малоизученные тексты, личная переписка с друзьями и воспоминания современников о его жизни. Фотографии дополняют портрет одного из самых острых и честных голосов русской литературы...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Второй, ухмыльнувшись, сказал:
— Правда, что от работы люди…?
— Что? — я не расслышал.
— Глохнут! — заорал он.
Оба долго, радостно посмеивались.
Так прошло около часа. В основном мы курили и беседовали, сидя на досках. Того, что был постарше, звали Генычем. Высокого — Мишаней.
Затем наступил обеденный перерыв. Работяги достали свои бутерброды. Я встал и отошел. Высокий окликнул меня:
— Але! Раздолбай Иваньга! Иди питайся.
И протянул мне куриную ногу.
Это был высокий тощий человек с усами. Кисть его руки была украшена зеленоватой надписью: «Второй раз бью по трупу!»
Его лицо показалось мне знакомым. Да и он как-то странно на меня поглядывал. Затем вдруг поинтересовался:
— Ты в армии служил?
— Естественно.
— В охране?
— Ну.
— Не в Устьвымлаге?
— В Устьвымлаге.
— Чинья-Ворык помнишь?
— Ну, допустим.
— А как мы петуха уделали?
Он встал и чопорно представился:
— Потомственный зэка Володин. Кличка — Страхуил. Последняя судимость — кража.
— Предпоследняя, — исправил Геныч, — не зарекайся…
Конечно, я все помнил. Память наша — как забор, что возле Щербаковских бань. Чуть ли не каждый старается похабную надпись оставить.
Страхуил между тем возбудился:
— Помнишь, я говорил тебе, начальник: жизнь — она калейдоскоп. Сегодня ты меня охраняешь, завтра я буду в дамках. Сегодня я кайфую, завтра ты мне делаешь примочку.
— Короче, — вмешался Геныч.
— Короче, ты меня за водкой не пустил? А я тебя…
Он выждал паузу и закричал:
— Пускаю!
И затем:
— Вот шесть рублей с мелочью. Магазин за троллейбусной остановкой.
Я сказал:
— Ребята, это лишнее. Нас у вахты проверяют.
— Лишнее? — его глаза округлились. — Знаешь, что лишнее в жизни, начальник? Алименты, хронический трипак и уголовный кодекс… Вот я тебе расскажу историю про одного домушника с Лиговки. Дотягивает он свой четвертной…
— Кончай, — прервал его Геныч, — магазин закроют.
— Сейчас полтретьего.
— А может, у тебя история на пять часов?!
Короче, я пошел за водкой. А потом ходил один из работяг. И мы все говорили о жизни. А потом явился конвоир, и его тоже угостили водкой. Он сначала руками замахал:
— Я на службе!
А затем говорит:
— Мне — полную.
Геныч долил:
— Сам люблю полненьких.
Конвоир опьянел, и я сказал ему:
— Жизнь — калейдоскоп. Сегодня ты начальник, завтра я.
А конвоир вдруг заплакал и говорит:
— Я курсы бульдозеристов чуть не окончил. Отчислен из-за сотрясения мозог…
А потом работяги вызвали такси, и Геныч объяснил шоферу:
— Улица Каляева, шесть.
А шофер говорит:
— Куда их, в тюрягу, что ли?
Геныч обиделся за нас:
— Не в тюрягу, а в пенитенциарное учреждение, мудила!
И мы с конвоиром всю дорогу пели:
Ты сегодня мне принесНе букет из алых роз,Не тюльпаны и не лилии…Вентилятор гонял по комнате тяжелый запах лука.
