Сборник редких произведений Сергея Довлатова раскрывает неизвестные грани творчества писателя. В книге собраны малоизученные тексты, личная переписка с друзьями и воспоминания современников о его жизни. Фотографии дополняют портрет одного из самых острых и честных голосов русской литературы...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Малоизвестный Довлатов. Сборник»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Сборник редких произведений Сергея Довлатова раскрывает неизвестные грани творчества писателя. В книге собраны малоизученные тексты, личная переписка с друзьями и воспоминания современников о его жизни. Фотографии дополняют портрет одного из самых острых и честных голосов русской литературы...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник редких произведений Сергея Довлатова раскрывает неизвестные грани творчества писателя. В книге собраны малоизученные тексты, личная переписка с друзьями и воспоминания современников о его жизни. Фотографии дополняют портрет одного из самых острых и честных голосов русской литературы...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
По-моему, это законченный трагический роман…
Мы любуемся первым снегом… Обретаем второе дыхание… Называемся третьей волной… Подлежим четвертому измерению… Тяготимся пятой графой… Испытываем шестое чувство… Оказываемся на седьмом небе…
Мы помним номера телефонов и даты рождений. Размеры наших брюк и шапок, Бесчисленные адреса и цены на товары широкого потребления.
Мы переводим доллары в рубли. Меняем Цельсия на Фаренгейта.
Мы любим подсчитывать чужие доходы. Мы хорошо считаем, когда надо…
Перед вами сотый номер газеты. Сто недель пролетело. А ведь еще вчера мы совещались у «Натана». (Угол 53-й и Бродвея.)
За эти сто недель мы двадцать раз горели. Пятнадцать раз закрывали лавочку. Четырежды умирали и возрождались. Мы, как Польша, выдержали три раздела.
Когда-то мы были великолепной семеркой. Затем приходили все новые и новые люди. (Не превратиться бы в черную сотню!)
И все-таки каждая неделя завершается праздником. Выходит «Новый американец». А ведь это — двести машинописных страниц. Объем «Капитанской дочки». Пятьдесят две «Капитанских дочки» в год!..
Я не хочу сказать, что мы всегда работали замечательно. Всякое бывало. Но мы работали честно. И если делали глупости, то не со зла. А потому, что не хватало опыта. Потому что не боги горшки обжигают. Боги только советы дают и критику наводят.
И еще потому, что лишь серость застрахована от неудач…
Рано утром позвонил Вайль:
— Ты помнишь, что мы выпускаем сотый номер?
Конечно, помню. Я только обиды забываю. Я думаю, это профессиональное качество.
Да ради такого звонка я готов помириться с шестьюдесятью Наврозовыми. Я забыл больше, чем вы когда-нибудь сможете узнать…
Сотый номер почти готов. Читайте, критикуйте, — это ваша газета.
Вроде бы мы затеяли нужное дело. Увидите. Поговорим через сто лет.
В НАШЕМ ДОМЕ…В нашем доме протекает крыша. С потолка каплет. На стенах мерзкие разводы.
Помимо этого — не топят. Вернее, топят, но редко. Короче, температура низкая. Градусов шестнадцать по Цельсию.
И еще — всякие мелочи. Выключатель не действует. Рамы прогнили и так далее.
Все хорошо. Район хороший. Квартира большая. Но довольно паршивая.
Наш супер Габриэль живет и работает по-коммунистически. Вид у него бодрый. Глаза поблескивают. Работать не хочет. Топить как следует не хочет. Крышу чинить не хочет. Но здоровается — вежливо. Это у него, видимо, пережиток капитализма.
Прямо не знаем, что делать.
В Ленинграде я годами боролся с домоуправлением. Чего-то добивался, просил, скандалил, угрожал.
Как-то раз пришел сантехник. Пришел и все испортил. Отвинтил краны. Перекрыл газ. Вывел из строя уборную. Затем попросил шесть рублей и ушел. Ушел и, естественно, запил. А мы остались без воды и без удобств.
Я терпел четыре дня. Затем разыскал пьяного водопроводчика.
